Хроники Аппаира: Лиса

Лиса не помнит своего настоящего имени. Возможно, его никогда и не было. Она называет себя так с тех пор, как осознала себя отдельным существом — лисой, редчайшим выродком среди людей, единственным живым напоминанием о расе, которая осталась только в мифах древнего племени Хоши.

Она гемиан. Гибрид. Редчайший экземпляр, чья анатомия — результат уникального скрещивания природных материй. У неё четыре уха. Первая пара — нормальная, лисья, острая, подвижная, всегда настороже, ловит каждый шорох. Вторая пара — на затылке. Маленькие, хрупкие, почти атрофировавшиеся отростки (медленно отмирали) , которые она прячет под специальными чехлами. Без лекарств они начнут гнить. Без тепла испортятся от простуды. Она колет себе препараты каждый день уже тысячу лет, чтобы сохранить то, что давно должно было быть отрезано. У неё один хвост. Длинный, пушистый, золотой. Он растет из сложного соединения позвонков, которое досталось ей вместо нормального копчика. Она им почти не управляет сознательно, хвост живет своей жизнью, выдает эмоции, бьет по ногам, когда она злится, или обвивает талию, когда страшно. Она ненавидит эту его честность.

Глаза голубые. Ледяные, светлые, как вода в горных ручьях, где она никогда не была, к сожалению. Цвет передался от кого-то из людей, возможно, кто был в её роду достаточно близко, чтобы затмить желтизну звериного зрачка. Но зрачок все равно круглый. Шерсть и волосы одно целое. Золотая шерсть покрывает скулы, шею, предплечья, плавно переходя в длинные тяжелые волосы того же оттенка. Когда она распускает их — кажется, что грива Льва распушилась. Когда собирает в хвост — видно линию челюсти, острую, как у загнанного зверя.

1944 год. Она уходит добровольцем на фронт защищать Империю Туэньши. Не из патриотизма, а из-за женщины, которую называла матерью. Та приютила её, нашла, выходила, дала кров, хотя могла бы сдать в любой лабораторный бункер за деньги. Лиса пошла воевать, чтобы матушка и её семья была в безопасности. А мать умерла время спустя после её ухода. Следствие одной из химических атак враждебных коалиций..

Тысяча лет. Война кончилась, началась снова, кончилась опять, а она все там. Штурмовик. Тысяча лет, и она почти сдохла. Множество пулевых ранений. Ожоги. Яд. Она попала в засаду со своим отрядом. Казалось, её дни сочтены. 

А потом пришел он.

Незнакомец. Просто мужик, который нашел её, перелил свою кровь, сидел рядом, пока тело корчилось от несовместимости, а потом перестало корчиться. Кровь подошла. Не просто подошла, а стала единственным подходящим катализатором. Доброкачественным.

 Скальпель в кармане, хвост за спиной, глаза голубые и холодные. Тысяча лет войны. Тысяча лет потерь. Война закончилась. Семьи нет. Матери нет. Жизни и её самой нет. Она не знает, зачем просыпается по утрам, но просыпается. Встаёт. И смотрит в пустое отражение мира, который казался раньше прекрасным сном. 

Привычка. Очередной разбитый день.