Абсурдный Юмор
Автор: UnaviВсем привет!
А помните наш маленький эксперимент про шуточки в сомнительных мирах?
На самом деле было очень весело, и это нужно продолжать!
Жизнь сложилась так, что я сейчас пишу драму, но сегодня мне пришло совсем внезапное сообщение от Юры. Он продолжил общее дело!
Вышло шикарно, честно. Вижу, Шурик уже отметился, и это невероятно ценно, что мы создали что-то такое, что стало центром единства для приличной группы людей.
Познакомилась со стилем Юры и осталась довольна, искренне желаю почитать эту прекрасную историю и вам.
P. S. А вы всё ещё можете накидать у себя в блоге свои варианты сцен из общего документа, что находится в свободном доступе.
Помимо этого, можете приносить свои сцены, добавляя их в новую вкладку, и мы будем строить из них шутки.
Сейчас у нас в работе мир "орфографического инфаркта" (болезненная тема для писателей, верно?). Пишите свои варианты подачи сцены в блог со ссылкой на этот, чтобы люди могли отследить всю хронологию.
Коридор изгибался, как строчка в сочинении двоечника. Бумажные стены шелестели, пол хрустел — под ногами вместо плиток были разбросанные буквы «Ц» и «Ы».
— Этот калидор пахнет школой, — Алессар сморщил нос. — Опять контрольная? Я не готов, Юнда, у меня даже ручки нет!
— Коридор, — отчеканила Юнда, поправляя наплечник, который явно был прикручен криво. — К-о-р-и-д-о-р. Ты в школе-то, вообще, учился ?
— Не душни, я творческая личность. О, гляди, дверь справа преоткрыта!
Юнда замерла. Ей показалось, что свет из двери какой-то зловещий.
— Приоткрыта. Приставка «при-» означает неполноту действия, твою ж дивизию.
— Какая разница, идём!
Он схватил её за рукав и втащил в луч света, который казался таким тёплым, что хотелось лечь и понежиться. Юнда едва успела заметить, что её доспехи натирают везде, где только можно, и ещё в паре мест, где нельзя.
Зал за дверью был величественен и ебанутый одновременно.
Трон из скрепок и старых газет. В люстре странноватые на цвет и запах свечи. На стенах — картины маслом: Лев Толстой с автоматом, Пушкин верхом на единороге, Достоевский с подписью «Федя & Психи».
— Это же... — ударила себя ладонью по лбу Юнда.
— Куртка Бейна! — Алессар уже подхватил с трона нечто бесформенное и с восторгом напяливал на себя.
Вещица напоминала плод запретной любви анатомического манекена и аквариумного компрессора. Рельефные мышцы телесного цвета, из локтя торчит зелёная трубка, из ключицы — ещё одна. Спина украшена надписью маркером: «КУРТ — ТОРЧОК».
Как только Алессар застегнул последнюю молнию, у него над головой сама-собой возникла корона. Ветки неизвестного растения, плотно переплетённые, с крупными алыми цветами, которые подозрительно напоминали языки пламени.
— Карона! — Алессар поправил конструкцию, довольно щурясь, и рухнул на трон, закинув ногу на ногу. — Ну, теперь я похож на короля?
— Корона, — закатила глаза Юнда. — У тебя не карона, у тебя в голове кисель.
Рядом с троном материализовался крошечный столик на трёх ножках. На столике — запотевший бокал и бутылка с изящной этикеткой.
Юнда прищурилась. Прочитала и раздражённо цокнула.
— Кокошин эль, — Язвительно повторила вслух девушка. — Это... какой-то пиздец, Алессар.
— Чего ты придираешься? Кокосовый, наверное. Или кофейный. — Он откупорил бутылку, приложился к горлышку. — О, приятный. Пахнет жжёным сахаром.
Юнда смотрела на него из железной клетки собственных доспехов. Пот катился градом. Ремешки впивались в плечи. Забрало норовило съехать на глаза.
— Здесь... нет... окон…? — просипела она. — Я сейчас сварюсь заживо.
— Да нормально тут, — Алессар откинулся на спинку, корона съехала набок. — Прохладно даже.
— Ты не понимаешь, мне жарко, я бы даже сказала душно!
— Ну, стиль требует жертв. — Протянул Алессар разглядывая доспехи подруги.