Требуем Главлит!

В  Государственной думе прошёл круглый стол по сохранению традиционных  ценностей, на котором участники выдвинули целый ряд инициатив, способных  кардинально изменить российское информационное пространство.  Предложения варьируются от создания органа по образцу советского  Главлита до введения юридического понятия «целомудрие».

Одним  из ключевых предложений стало создание единого координирующего органа,  который будет контролировать контент в СМИ, книгах и интернете - по  подобию советского Главлита (Главного управления по делам литературы и  издательств), существовавшего в СССР для тотальной цензуры.

(vedomostiural. ru)

***

"Структура Ленгорлита неоднократно менялась. На первых  порах в его составе были организованы секторы и группы по надзору за  различными видами печатных материалов и других средств массовой  информации: сектор художественной литературы, научно-технической  литературы, книжно-журнальный, газетный, книготорговой сети и библиотек,  радиогруппа, группа изопродукции, отдел искусства, музеев, музыки,  сектор иностранной литературы, отдел контроля полиграф-предприятий,  областной.    

Технология  цензурного контроля мало изменилась по сравнению с 30—40-ми годами. По-прежнему  любой текст фильтровался на стадиях предварительного и последующего контроля (мы не говорим сейчас о редакторской и так называемой  «самоцензуре», о которых речь пойдет далее). На первой стадии цензор  внимательно читал рукопись (в это время уже машинопись) любого  произведения, предназначенного к печати, постоянно справляясь с  «Перечнем секретных сведений», циркулярными указаниями Главлита СССР, в  которых, в связи с частым изменением политической обстановки»,  объявлялись табуированными отдельные темы, вопросы, имена и т. д.  На  этой стадии производились так называемые «вычерки», т. е. купюры в  тексте, но, в отличие о прежних времен, никакая «отсебятина» уже не  дозволялась. Все эти вмешательства в текст фиксировались в особом  паспорте, заводимом на каждое произведение печати, а также вносились в  два экземпляра машинописи, один из которых оставался в делах Ленгорлита,  а другой передавался издающей организации.

На второй стадии, последующей, верстка сверялась с  оставленным экземпляром текста, причем здесь могли возникнуть новые  претензии — опять-таки в связи с изменением идеологической или  политической ситуации. Только после внесения всех  изменений верстка, наконец, получала обязательную разрешительную визу —  «дозволено к печати». В некоторых случаях на проверку требовался  сигнальный экземпляр книги, и тогда у издателей могли возникнуть новые  затруднения. В еще более редких случаях, которые рассматривались как  экстраординарные, цензура могла пойти на конфискацию и уничтожение уже  отпечатанного тиража книги, приказав перепечатать или вообще удалить  некоторые фрагменты текста.

Как и прежде, ни  одно печатное произведение, начиная с открытки, спичечной, рекламной или  какой-либо другой наклейки, даже пригласительного билета, не могло  миновать предварительную цензуру и появиться в свет без ее  разрешительной визы. Малейшее отступление от представленного на контроль оригинала решительно  пресекалось даже в том случае, когда речь шла о стилистической правке  или исправлении ошибок и опечаток. Ни в коем случае не разрешалось что-либо добавлять к разрешенному тексту".

litlib.  net/bk/103892/read/5

***
Объемы возросли, не хватит проверяющих. Если только ИИ подключить...