Размышлизмы
Автор: Волкова НатальяВот бывает такое - закончишь рассказ, поставишь точку, но персонажи не отстают, являются в снах, в чужих книгах между строк, в случайных фразах, в картинках и в ленте новостей.
В результате рассказ плавно разрастается в повесть, но оказывается и это не предел. И вот уже две части повести превращаются в двеннадцать глав.
Идея возникла из коротенькой сказки Итало Кальвино, прочитанной в детстве. Мальчугана, влюблённого в море, злой колдун превращает в рыбу. Не менее злой король пожелал узнать, когда настанет последий день города Мессины и отправил бедолагу изучать морское дно.
Когда начинаю писать, первым делом рисую портрет главного героя. Он возник сразу цельным и гармоничным.
Вот таким представлялся мне человек-рыба, молодой рыбак Альдо. Собственно, остальных персонажей я уже видела его глазами и рисовать их не было необходимости. Враг, колдун Спироне , представлялся полной противоположностью изуродованного им парня.
Но история не осталась на месте, она начала развиваться и расти. Вырос целый мир вокруг бедной рыбацкой деревушки на острове Костурия. Вырос и образ антагониста. И оказалось, что надо найти ту точку невозврата, когда увлечённый наукой Спироне ступил на путь превращения в безжалостного колдуна. А ещё оказалось, что любой злодей должен сколотить вокруг себя достаточно плотный круг единомышленников, дабы без страха наказания творить свои злодейства. И вот тогда повесть начала превращаться в роман. Ярче проявился образ кардинала Маркуса . Ведь не мог Спироне творить свои дела без надёжной руки сильного покровителя. С Маркусом Спироне познакомился в молодые годы. Знакомство случилось при драматических обстоятельствах - юного Марко едва не убили враги его семьи, из мести изрезали ему лицо. Спироне (тогда он ещё был простым аптекарем и его называли Тото Бонаюто) сумел так ловко зашить раны и залечить их, что шрамы не сильно изуродовали будущего кардинала.
Из темноты, из ничего соткался лик приятный и опасный.
Портрет молодого Марко.
Но мне захотелось полноценной иллюстрации, поэтому появилась вот такая картинка. Здесь вы видите результат лечения раны, продлившегося несколько месяцев.
Иллюстрация пока не закончена, но похвастаться хочется))
За окном лил осенний дождь. Марко в одной рубашке сидел на постели, вертел головой, рассматривал в маленьком зеркальце тонкие шрамы на губах. Улыбка ещё получалась кривоватой, мышцы болели, но всё же лицо не перекосило, как у висельника. Со временем усы и бородка могли бы совершенно скрыть следы ранения, но отец желал сделать Марко священником, кардиналом, возможно даже канцлером императора.
- Шрам на роже для мужчины всех дороже. – Прошептал Марко своему отражению. – Даже если он бритый монах.
Стоящий подле кровати доктор Джанкарло восхищённо цокнул языком.
- Великолепная работа, Бонаюто! У кого вы учились накладывать швы?
- У соседа-шорника. – Хмыкнул Тото, собирая со столика в свою шкатулку баночки и скляночки с лекарствами. – Конская упряжь его работы довольно высоко ценится.
Доктор ехидно засмеялся. Марко швырнул зеркало на одеяло, схватил аптекаря за руку, благодарно поцеловал.
- Вам обязательно надо учиться в университете, Бонаюто! Тогда над вами не будут смеяться. – С жаром воскликнул он. – Я оплачу ваше обучение.
- Благодарю, сьер Марко, – Тото криво усмехнулся. – Но денег надо много, а вы ещё очень юны, врядли ваш отец позволит вам свободно распоряжаться вашими деньгами. Да я и не взял бы их у вас, ведь я, как-никак потомок короля Дитмара.
- Лгунишка и хвастун! – Презрительно воскликнул Джанкарло и рассмеялся ещё громче.
- Моя мать, – серьёзно продолжал молодой аптекарь. – Моя мать происходит из угасшего королевского рода. Мой прапрадед сто лет назад бился на море с моурами. Мать рассказывала, что он погиб на острове Костурия.
- Я, кажется, что-то слышал об этой войне, отец говорил. – Сконфуженно пробормотал Марко.