Ненаписанное или недописанное

Вот тут: https://author.today/post/795460 — флэшмоб на ненаписанные книги)))

Отрывок закину чуть позже, пока ссылка, чтоб не потерять.

Текст:

Я не люблю Москву. Вернее будет сказать – новую Москву. Москву девяностых и двухтысячных. Обзовите меня провинциалкой, как угодно, но в каждом моем посещении столицы есть нечто, что раз от раза меняет мое отношение к ней в худшую сторону. В последний приезд я поняла окончательно: я не просто не люблю этот город. Я содрогаюсь каждый раз, как мне приходится соприкасаться с ним. Да, время не стоит на месте, но почему сказка и чудо моего детства теперь вызывает у меня непроизвольное вздрагивание, я не знаю.

Я помню, как приезжала с мамой в шесть лет, когда меня до глубины души поразил московский Детский мир – это чуть ли не единственное, что я помню: три этажа игрушек и заполненные людьми лестницы. Очереди, очереди, очереди... а в завершение – обалденный набор для игры в доктора и парикмахерскую. Каких в наших местных магазинах никогда не бывало.

Потом, кажется, в двенадцать – и тогда мне не хотелось уезжать, я плакала, расставаясь с ночными огнями, зелеными улицами и огромными – для меня маленькой – зданиями домов, гостиниц, университета и, конечно, Кремля. Потом грянули перестройка, развал страны, повальная невыплата зарплат… Путешествовать стало не на что – выжить бы.

В последнее время мне все чаще и чаще вспоминаются строчки: «Ее подруга говорила, ну какая ты дура, ведь там такая жизнь, там такая культура…», и я все чаще и чаще ощущаю себя именно такой дурой, ибо не хочу ехать куда-то, где небо выше, а апельсины слаще. Мне как-то и здесь неплохо. Не Гаити, конечно… но на вопрос, почему бы не поехать и не найти работу в столице, обычно отвечаю, что нас и тут неплохо кормят, а разруха – она в головах. Москва не резиновая, когда-нибудь да лопнет, а то и вовсе сработает на манер рогатки, запульнув «лишних» куда подальше. Я совершенно определенно не хочу оказаться в этот момент в самой середине.

В предпоследний мой визит получилось так, что я разрывалась между тремя точками на схеме московского метрополитена. Трое моих друзей жили на трех разных концах города, до каждого от станции метро – либо пехом не менее получаса, либо – лови общественный транспорт, торчи в пробках по полчаса на каждую из четырех остановок, и все равно в итоге – еще полчаса пехом. Поездка в метро занимала от часа до двух, да еще и после, опять же, пешком или автобусом – лишнее время и телодвижения. В общем – долго.

Было это первой каплей, или последней – я не знаю, не суть. Факт в том, что эта поездка привела меня в состояние некоторого недоумения, и как следствие – следующая состоялась уже не в Москву, как таковую, а – на конвент в Подмосковье – и в гости к друзьям. Именно в этот раз я поняла, насколько же не люблю мегаполис. Единственный, черт его подери, старинный и неповторимый людской муравейник, стремительно бегущий наперегонки с Европой, который утомляет уже в первые часы пребывания в нем, внутри, в потоке людей, машин и зданий.

Ну вот, «растекашися мыслию по древу»… Собиралась-то я писать совсем не об этом, да и суть моих претензий к Москве – это больше ощущения, чем конкретика. Ну расстояния большие, ну народу много, ну плевать всем на окружающих – каждый занят своими какими-то мыслями, делами, проблемами… ну и что? Собственно, оно везде так. Приедет в наш город N какой-нибудь мальчик из деревни, тоже, наверное, покажется, что город – ого-го, и ехать-то долго, и народу много… и писано про это – переписано много-много раз. Не в этом дело.

А дело в том, что мне безумно нравится метро. А строят метро только в городах с населением больше миллиона человек. А в нашем N-ске народу меньше, и вряд ли дотянет до миллиона в следующие тридцать-сорок лет, а потому метро мне в родном городе не светит. В Москву же стоит приехать хотя бы для того, чтобы посмотреть на станции метрополитена. На старые станции, те, что были построены в доперестроечные времена, а уж первыми из них – 35-го-54-го годов – можно любоваться практически бесконечно, хотя и отражают они «дух строителей коммунизма». Гм… вот дух, то есть духи, а точнее – призраки, меня и доконали.

Помнится, после прочтения «Кентервилльского привидения» господина Оскара Уайльда, я долго гадала, смогла бы я вот так же легко и почти беспечно отнестись к призраку как семейство главной героини? Пришла к выводу, что нет. Я довольно спокойно отношусь к  очень большому количеству вещей, которыми обычно пугают впечатлительных барышень, от мышей до вида крови. Однако же, если бы я увидела привидение, даже в виде странных очертаний тумана, приблизительно напоминающего человеческую фигуру, визжала бы, наверное, очень громко и очень долго, а потом меня пришлось бы очень долго же и успокаивать. Это несмотря на то, что умом я очень хорошо понимаю, что шанс на встречу с чем-то иррациональным в обычной жизни стремится к нулю. Ну и кто бы знал, что это самое иррациональное я и огребу в полный рост.