Субботний отрывок
Автор: Вячеслав ПаутовСуббота - след знакомого всем флешмоба об отрывках из душещипательных произведений. Сегодня дописана последняя глава "Холодное блюдо". Но отрывок будет не из неё, иначе читать станет неинтересно. Для Викентия Румянцева начинается работа под прикрытием, он становится тем, кем не был никогда - солдатом. Да, солдатом.
В один из гарнизонных армейских батальонов и попал Викентий Румянцев. Батальон занимался караульной службой оружейных и имущественных складов, а так же особо важных военных объектов в черте города, патрулированием, под командой офицеров, улиц вне центра столицы - там господствовали гвардейские наряды и караулы. Батальон состоял из 4 рот. В роте Румянцева наличествовали 4 обер-офицера, ротный командир - капитан Алексей Глебович Раскатов-Горский, 20 унтер-офицеров, 6 музыкантов, рядовых - 230 человек. Непосредственными начальниками Викентия стали старший унтер Прокоп Вязов - ветеран кавказской войны и поручик Елисей Петрович Образцов - участник покорения Мерва в 1884 году. Румянцеву было невдомёк, что капитан Раскатов-Горский, унтер Вязов и поручик Образцов прекрасно знают о причине его появления в роте, они состояли в знакомстве с Сушко, Каретниковым и Малаховым. Для Викентия новые командиры стали крепкими наставниками - гоняли солдатика до седьмого пота: на плацу, на стрельбище, на кухне, в караулы на склады. Викентию лишь оставалось, стоя навытяжку, горланить неизменное: - Есть, вашблагородь! Так точно, вашблагородь! Виноват, вашблагородь!
Начальником караульной роты значился капитан Арсений Петрович Сухарев - известный картёжник, кутила и гуляка. Однако, солдатский состав караульной роты мог меняться, но возглавлял её всё тот же Сухарев. Видимо, сказывались особые отношения капитана Сухарева с командующим батальоном полковником Максимом Игнатьевичем Никишиным. Какими были эти отношения и на чём основывались, Викентию ещё предстояло выяснить. Новые сослуживцы, знавшие историю бегства солдата из Луги - шила в мешке не утаишь, особенно, когда и таить не надо, относились к новичку по-разному. Одни старались не замечать, вторые открыто избегали, третьи пренебрегали всяким общением с неблагонадёжным. А чётвертые относились враждебно или издевательски. Такие отношения сложились у Викентия с младшим унтером Касаткиным и прапорщиком Грязевым. Те какими-то скрытыми возможностями чуяли в новичке "белую кость" и гнобили Викентия открыто и беспрестанно. Но смысл был не в этом, очень скоро Румянцев понял, что между этой парой и капитаном Сухаревым существовали приятельские, если их такими можно назвать в армии, симпатии.