Сирия, которую мы потеряли

Спустя два месяца службы в Дамаске меня с семьёй неожиданно перевели в Хомс. Когда привезли зарплату (денежное довольствие), выяснилось, что меня нет в платёжной ведомости. Стоявший рядом советский майор, услышав это, молча протянул мне 500 лир. Позже я узнал, что при переводе к новому месту военной службы надо подавать рапорт в финансовый отдел, но никто мне об этом не сказал.

На следующее утро я сел в междугородний автобус и поехал в Дамаск. Найдя нужную комнату в Синем доме (там находился Аппарат главного военного советника и квартиры для жилья), я вошёл и представился. Начальник финансового отдела обратил внимание на мою восточную фамилию и лёгкое грассирование и сказал:

— Ты что-то неправильно говоришь. Как был чуркой, так им и остался.

Замечу, что большинство переводчиков арабского языка в Сирии были жителями среднеазиатских республик. Я слегка оторопел, но не сильно обиделся, поскольку внешность у меня и сейчас славянская. «Ну что поделаешь —  Кембридж», — говорил о тогдашних военных Хазанов, а мой приятель, капитан, в таких случаях произносил классическую фразу: «Не могу — люблю военных». Впрочем, начальник финотдела оказался отличным мужиком. Он дозвонился до места проживания наших специалистов, где-то в тридцати километрах от Дамаска, потом долго и терпеливо объяснял мне, как туда добраться.

Дамаска за первые два месяца службы я так и не изучил, потому что каждый день, кроме пятницы, ездил на военный аэродром в пустыне, тратя на дорогу в микроавтобусе Nissan два часа туда и столько же обратно. Сирийского диалекта я тогда не знал, кроме пары десятков самых употребительных слов. Подошёл к полицейскому и спросил, где находится станция междугородних автобусов. Вместо ответа он остановил первое же такси, в котором уже сидели два пассажира. Мы оба втиснулись в машину, и нас бесплатно довезли до места. В автобусе я заболтался с одним сирийцем и проехал на несколько километров мимо нужного мне селения. Слез и пошёл назад. Вскоре меня нагнал трактор, на котором сидели мужчина и женщина. Они довезли меня в прицепе до нужного поворота (тоже бесплатно). Я свернул с шоссе и направился прямо к пункту назначения. Стоявший у шлагбаума охранник с автоматом, с которым я заговорил, не хотел меня пропускать.

— Откуда я знаю, что вы русский, а не араб? — сказал он.

— Но у меня должен быть акцент, — резонно заметил я.

Наш довольно громкий разговор услышали, и из ближайшего домика вышел советский офицер.

— А я вас давно жду, — сказал он и выдал мне зарплату.

Полпути до Дамаска я доехал на попутном УАЗике наших специалистов, затем пересел на автобус. В Хомс я вернулся поздней ночью, полный незабываемых впечатлений.