Богдан Всепровидец

Иронично, но за несколько месяцев до начала текущих событий в Озминии, я начал писать черновик космооперы "Из Ада, с любовью!" - триквела "Проект "Обсидиановое небо"".

И буквально в первой же главе встречается вот такая, практически, пророческая картина)))

– Возможно, будет высадка имперского десанта, – передали по внутренней связи.

– Ха! Что мне их десант?! – воскликнул юный полководец. – Со мной десять тысяч лучших кеа-ша... Ладно, двое бракованных попались... Но мне не о чем переживать.

– Почтенный вайтра... Они уже высадились...

– Да? Сколько их? Сто тысяч, миллион?! Под моим руководством эта крепость сдержит натиск целой армии неверных! – заявил Алади.

– Вайтра... Они высадили одного, – немного напряжённо ответили сверху.

– Одного?! – оторопело произнёс полководец.

– Да, но... Это Кассиан Эйзенхорн.

– Значит, я развею легенду о его непобедимости, как и многие другие до этого! – воскликнул врайтра.

Кассиан медленно подплыл к воротам замка на сером гравибайке. Эйзенхорн-младший был закован в привычные доспехи цвета ночи, с ромбовидным шлемом, украшенном двумя серебристыми рогами и Y-образным визором.

На спине у него висел не менее известный, чем он сам, меч – Конеруб. Правда, с недавних пор, к двуручнику прибавился ещё и громадный топор, Вершитель Судеб, но об этом Алади-хеп-Нуштар не был в курсе.

– Эй, мне сказали, что вы обижаете наших красоток! – прокричал Кассиан.

– Великолепно! Теперь список опровергнутых мною мифов пополнится ещё одним! – торжественно произнёс вайтра, проигнорировав претензию иерихонца. – Я, Алади-хеп-Нуштар, предлагаю тебе отступиться, Кассиан Эйзенхорн! Наберись смелости признать, что тебе не хватит сил даже приблизиться к воротам этой крепости, или умри, как трус, пытаясь доказать свою ложную непобедимость!

– Они такие разговорчивые перед смертью... – шепнул себе под нос Кассиан, а в ответ крикнул: – Ладно, я пойду обратно!

И развернул гравибайк, пролетев полсотни метров назад, лишь затем, чтобы вновь повернуть к воротам, несясь на полной скорости.

– Уничтожить, – раздражённо сказал вайтра и по Кассиану открыли огонь из пулемётов, винтовок и миномётов.

Однако имперский воитель так быстро маневрировал, что взять его в перекрестье прицела не представлялось возможным. От случайных попаданий Эйзенхорна защищало ИЗП.

По центру гравибайка находилась турбина, которая, после пары махинаций с пультом управления, превратилась в пусковую установку для миниатюрной баллистической ракеты.

– Защитные экраны, скорее! – скомандовал вайтра.

– Господин, мы же сами разрушили их генераторы при осаде! – передал кто-то из подчинённых.

– О, Семеро! – воскликнул Алади, прыгая прямиком с крепостной стены, но было поздно.

Ракета вылетела из-под днища гравибайка и буквально испарила врата из чёрного камня. От кеа-ша, размещённых на стене, включая Алади, не осталось даже костей.

На плацу среди воинов началась суматоха. Сарриты спасались от разлетающихся обломков, которые, то и дело, припечатывали к земле по паре-тройке солдат.

Поднявшаяся пыль и дым заволокли внутренний двор. И в этот момент, в самой гуще захватчиков приземлился Кассиан, верхом на гравибайке, предварительно размозжив несколько черепушек.

Эйзенхорн выхватил из-за спины меч с топором и принялся за работу. Именно так он это воспринимал. После сотен битв за почти полвека жизни, после многих тысяч оставленных за спиной трупов друзей и врагов.

В движениях Кассиана не было ни капли ненависти. Он не вёл себя, как оголодавший хищник, попавший в загон для домашнего скота.

Скорее, как мясник на скотобойне. Эйзенхорн бил так, чтобы сразу и насмерть. Взмах Конеруба – и в сторону отлетает несколько голов. Удар Вершителя Судеб – и бронированный мамлюк падает рассечённый напополам.

Шлем залило кровью сотен жертв. Чьи-то кишки зацепились за наплечник, на панель управления приземлился кусочек мозга.

Каждое движение отнимало несколько жизней. Пока лишённые руководителя сарриты приходили в себя, Кассиан перебил не меньше пяти сотен. В ответ, на иерихонца тут же посыпался град пуль. Гравибайк быстро вышел из строя с пробитым баком.

Кассиан выпал из седла и, перекатившись, срезал несколько пар ног. В следующую секунду, в небе возникли скрывающиеся под невидимым защитным полем шаттлы с имперским десантом.