катехон 21

выложил двадцать первую главу

— Подожди, — остановила её Кузя, — если не ошибаюсь, Кучумакик — это же дед тех самых божественных близнецов, про которых ты нам рассказывала? Убитых и воскресших, сокрушивших ад и вознёсшихся на небеса?
— Да, он самый, — подтвердила чертовка, — а что тебя удивляет?
— Ты провела нехорошую аналогию… — начала Кузя.
— Не я, а Макар, — возразила чертовка, — но он же пастафарианец, макаронник. Для них нет ничего святого, кроме тефтелей.
— Всё равно это неправильно! — Кузя упрямо наклонила голову. — Я понимаю, что за прошедшие тысячелетия бесчисленные пересказы могут исказить реальную историю до неузнаваемости. Но архетипический стержень в ней должен остаться неизменным! Не может Богородица быть дочерью Князя Преисподней, а божественные Спасители — его внуками!
Чертовка посмотрела на Кузю с сожалением.
— Всегда подозревала, что воины света в глубине души так и остались расистами. Для тебя, похоже, генетическая предрасположенность определяет всё, а свобода воли вообще не имеет значения. Пренебрежение свободой воли — ваше больное место; и, боюсь, вам ещё долго придётся плясать на этих граблях.