«Где мне потратить все эти чёртовы деньги?» отрывок из новеллы «Электронные Сердца».

Здравствуйте, меня зовут Кристалл Клиссен. 

Сейчас я работаю над новым, большим романом из цикла «Звёзды Эринии» — это займёт время. А пока хочу поделиться небольшим отрывком из опубликованного.

Текст может зайти тем, кто любит альтернативную историю и фантазировать на тему СССР.

Следующие два дня Вацлав гулял по городу. Смотрел достопримечательности, заходил в библиотеки. Но больше всего его занимало не это. Его занимала обыденность.

В магазинах не было тех самых полупустых прилавков, которых он ожидал. Полки были аккуратно заставлены товарами. Не горой из тридцати сортов колбасы, а разумным ассортиментом: несколько видов сыра, хлеб, молоко, овощи. Всё в качественной, но не кричащей упаковке. Цены — доступные. И на выходе — кассы самообслуживания. Эта деталь поразила его больше всего. Он машинально потрогал сенсорный экран — отзывчивый, с интуитивным интерфейсом. Здесь это было нормой.

И эта норма била в виски тупой, настойчивой болью. Так не должно было быть. Ему всю жизнь объясняли железную логику: плановая экономика — это тупик. Она негибка, убивает инициативу и не может создать ничего, кроме дефицита. Удобство, качество — это прерогатива рынка. Советская система не могла быть удобной. Это был закон, аксиома его мира.

А он стоял и смотрел на чёткие ряды товаров, на работающие кассы, на спокойных людей с тележками. Система нарушала правила. Она должна была хромать, скрипеть. Вместо этого она просто… работала. С пугающей, нерекламируемой эффективностью. Это было не просто открытие. Это было надругательство над всей системой его координат. Если здесь, в основе, они добились успеха — то что ещё из того, во что он верил, было ложью?

Он шёл по улицам, и его преследовало ощущение, что город смотрит на него. Не глазами стражей порядка. Нет. Город смотрел на него самим своим устройством: безупречно чистыми тротуарами, идеально синхронизированными светофорами, плавно подъезжающими электробусами. Так ощущался взор иного порядка. Порядка не как навязанных правил, а естественного состояния вещей.

И тут Вацлава осенило. Его пугала не потенциальная несвобода. Его пугало отсутствие постоянной угрозы совершить неверный шаг.

На Западе, в его мире, любая система постоянно генерировала внутреннее трение. Несправедливость, неравенство, ложь в рекламе, бессмысленность работы — всё это копилось и выливалось в протесты, в цинизм, в бегство в виртуальные миры. Страх был топливом. Страх потерять работу, деньги, авторитет. Именно он лежал в основе всех мотиваций, всех стремлений подняться на социальном лифте.

Но здесь, что было топливом? Система работала. Она обеспечивала. Она не врала. Она давала чёткие, понятные правила и соблюдала их сама. Она удовлетворяла потребности, и этого было достаточно. Рационально. Эффективно.

Сухость во рту нарастала, сбивая ход мыслей. Он огляделся и увидел у края дорожки автомат с водой. Гладкий, обтекаемый, больше похожий на арт-объект. Ни щелей, ни монетоприёмников. Он водил пальцами по холодному корпусу, всё больше раздражаясь, пока не заметил, как к автомату подошёл молодой человек, легким касанием выбрал опцию, получил стаканчик и спокойно пошёл дальше.

— Подождите! — не сдержался Вацлав, сжимая в потной ладони пёструю пачку купюр: советские рубли, имперские кроны, доллары. — Он… он не берёт деньги?

Парень обернулся, взгляд скользнул по деньгам, вернулся к его лицу.

— Бесплатно. Можно обычную или газированную — тоже бесплатно. Вода — базовая необходимость.

— Бесплатно? — голос Вацлава сорвался, он говорил уже не столько человеку, сколько самому автомату. — Почему?! Каждая работа должна быть оплачена! Каждая шестерёнка, каждый вагон, каждый стакан! Всё имеет цену!

Его тон повысился, в нём уже звучала паническая потребность найти здесь обман. — Тысячи таких автоматов, и все — бесплатно? Одинаковая вода для всех? А если кто-то хочет… больше? Где мне потратить все эти деньги, если даже вода их не берёт?!

Парень смотрел на него с безмятежным, почти клиническим спокойствием.

— Автомат — инструмент. Он делает жизнь проще. Вода — не излишек, а норма. У каждого потребности разные. И больше четырёх стаканчиков за раз автомат не нальёт. Вам… вызвать скорую?

Последняя фраза прозвучала не как угроза, а как искреннее предложение помощи человеку, у которого, очевидно, «едет крыша». Вацлав сглотнул, ощущая, как жар стыда добивает остатки паники. Он молча нажал кнопку, взял бумажный стакан, кивнул и пробормотал: «Извините». Парень ответил тем же кивком и ушёл.

Полностью прочитать можно здесь.

P.S. во всём виноваты коммуняки –_–