Несколько моих романтических песен - прекрасным женщинам АТ! +18!!!

+18!!!

Милые женщины!

Многие из нас, помимо литературы, балуются другими видами творчества. Хочу поздравить вас с вашим праздником - песнями о любви - преимущественно на мои стихи и лично написанные промпты для создания музыки и рисунков. Монтаж - тоже мой.

Говорят, что если мужчина не способен любить ту, свою единственную - он не способен любить и других представителей прекрасной половины человечества!

 Сначала - песня, которую я посвятил моей жене Лилии:

Лилия света, огонь и вода,

В тебе совпали и «нет», и «да».

Мир собирался из пяти начал —

Ты стала тем, что он не знал.

В ладонях вселенной — твой тихий смех,

Ты — код любви, не взломанный грех.

Оранжевый свет, белый лепесток,

Ты — не объект, ты — сам исток.

Пусть ария Дивы звучит сквозь года,

Пусть рушатся стены, стирается мгла.

Я рядом — не герой, не солдат, не кумир,

Я просто мужчина, что выбрал свой мир!

Вторая песня - хит Фрэнка Синатры - Strangers in the night и мой кавер этой песне на русском!

Странники в ночи

Встречались взгляды

Не было причин

У нас быть рядом

Не было причин

Чтобы сердца зажглись

Но глаза твои

бросали вызов

Губ твоих изгиб

был странно близок

И я вдруг постиг:

Я шёл к тебе всю жизнь

Странники в ночи

В пустыне грёз шагали

Странники в ночи

Пока не прозвучали

Первые слова

Кто мог знать тогда

Руку протяни к любви

За собою позови - и...

Вот прошли года

С той первой встречи

Видимо, Судьба

Нам дарит вечность

Вечность на двоих -

Для странников ночных

Третья композиция - бессмертный хит «Paroles, paroles» Далиды и Алена Делона +

русский кавер, мой литературный перевод:

«Слова, слова…»

Странно —

Я гляжу на тебя, как тогда, в первый раз.

Словно ночь между нами — и свет погас.

Снова речи, речи — всё те же слова,

Я тону в них давно, и болит голова.

Ты — роман, что читала я ночь напролёт,

Но мечта увядает, когда не живёт.

Ты — как ветер, что скрипкам даёт зазвучать,

И уносит с собой ароматную печаль.

Карамель, шоколад, обещаний букет —

Извини, не для меня.

Подари их той,

Что любит дух роз и иллюзий рассвет.

Мне слова — на губах,

Но не в сердце моём,

Они тают, как сахар,

Не став огнём.

Слушай…

Слова, слова — умоляю, постой.

Слова, слова — поклянись тишиной.

Слова, слова — ты бросаешь их ввысь…

Вот судьба моя — слушать,

Как будто впервые,

И не верить.

Не клянись!

Ты — музыка звёзд на песках тишины,

Если б не было — я бы придумала сны.

Карамель, шоколад — всё красиво, но пусть

Это будет не мне.

Подари это той,

Кто в словах не услышит пустоту и грусть.

Мне слова — на губах,

Но не в сердце моём.

Они ласковы, сладки —

И всё же ни о чём.

Слова, слова —

Как ты красиво лжёшь…

Слова, слова —

Ты так красиво лжёшь…

Слова, слова —

Ты их по ветру шлёшь...

Четвёртая композиция - ещё два кавера на Далиду, франкоязычные, 

стихи - мои, да и музыка - далека от оригинала, создана по моим промптам.

Эссе: «Слова, которые не становятся делом»

Литературное размышление о феномене пустоты в человеческой речи

Слова — самая хрупкая валюта души. Они могут строить замки и рушить империи, зажигать любовь и убивать надежду. Но есть слова особого рода — те, что звучат как музыка, а на вкус оказываются пеплом. «Слова, слова, пустые слова» — не просто строка песни Далиды и Делона. Это диагноз целой эпохи, когда красноречие заменило искренность, а обещания — поступки.

В нормандской традиции слово — клятва. Оно тяжёлое, как гранит замка, и вечное, как прилив Ла-Манша. Нормандец не скажет «я люблю», если не готов умереть за это. Не скажет «ты мой гость», если не готов защитить тебя ценой жизни. Для них слово — не воздух. Оно — камень. А камень не улетает на ветру.

Но приезжает парижанин. Или любой житель большого города, где слова превратились в товар. Он говорит «люблю» как «доброе утро». Обещает «навсегда» как «до завтра». Его речь — шоколадная глазурь на пустом корже. Сладкая. Приторная. И ничего внутри.

Амели это чувствует инстинктом земли. Она — дочь яблоневого сада, морского ветра, каменных стен. Она знает: настоящее не кричит. Оно молчит. Настоящая любовь — не в клятвах, а в том, как отец молча перевязывает рану убийце своей дочери, потому что клятва гостеприимства сильнее боли. Настоящая верность — не в признаниях, а в том, как брат мёртвого аккордеониста играет ту же мелодию на том же инструменте, с западающей клавишей «соль».

Именно поэтому финал рассказа неизбежен. Жан-Поль умирает не от пули корсиканца. Он умирает от собственных слов — тех самых, что он вывел на песке перед смертью: Paroles, Paroles. Он сам стал тем, кем был всегда — пустым эхом. И океанская волна, сметающая надпись, — это не месть природы. Это милосердие. Милосердие к тем, кто слишком поздно понял: слова должны быть делом. Или не быть вовсе.

Это эссе - предисловие к моему рассказу о любви Яблоки на песке и пустые слова 

https://author.today/work/554162

+18!!!

...Она лежала, не стесняясь своей наготы, на жёлтом песке, закинув руки за голову; её подмышки золотились рыжими, влажными от пота завитками, между длинных белых и стройных ног выделялся золотой лобок, уходящий розовой расщелиной в манящее лоно; на белых бёдрах девушки алели капли крови от сорванного Жан-Полем цветка невинности; её белая грудь, также покрытая веснушками, как и лицо, с острыми розовыми торчащими от возбуждения сосками, — требовала внимания, и Жан-Поль нежно обвёл соски по краю своим языком, чувствуя, как они твердеют ещё больше.

Он проложил влажную дорожку от шеи и груди — к её плоскому животу, покрытому вставшим дыбом золотистым пушком, попутно лизнув девичьи подмышки, и вдохнув их солоноватый яблочный аромат, обвёл языком впадинку пупка; её ноги распахнулись перед ним, она выгнула своё белое тело дугой, опираясь лишь на лопатки и ягодицы, которые тут же сжали пальцы Жан-Поля, и его губы погрузились в её золотой персик, где пахло и было сочно также, как у этого плода; он погрузил лицо в её лоно, рыча, а она — забилась в сладкой судороге оргазма, стуча пятками, разбрасывая босыми ножками жёлтый песок....