ИЖЕ

14.12.202. год. Мемфис, штат Теннесси. 01:23 утра.

На улицах города, не прекращая ни на час, завывала истеричная полицейская сирена, маркируя очаги сопротивления. На низких зимних тучах яркими отраженными пятнами плясали огни пожаров. В городе берегли энергию и старались не включать ночную иллюминацию по соображениям безопасности.

Они, Ронни старший, Меган и их восьмилетний сын Стивен, жили в небогатом, но тихом районе пересечений улиц Малверн - стрит и Ларкен – авеню. Стив, довольно сообразительный мальчик, прошедший экстернат младшей школы, учился в близкой к их дому школе Нордвест Преп, и показывал убедительные успехи. Меган временно, как она сама говорила про свою работу, на которой задержалась на два года, подрабатывала в Лос Комалес. И хоть её заработок не позволял много откладывать, зато в доме всегда была горячая, не дурно приготовленная еда. А Ронни, глава семейства, «вкалывал» по его словам, на «доброго дядюшку Отиса», что возле Миссисипи. Зарабатывал он не так много, да и кто станет платить обычному слесарю заоблачные зарплаты, но работу свою любил. Вот и Стив, глядя на отца, часто задумывался над тем, что он пойдет по его стопам.

Понятно, что планы пришлось отложить на некоторое время. Общая накаленная ситуация, частые перебои с электричеством, не давали возможности реализовать свои идеи. Стив последние дни сидел взаперти дома, бдительно охраняемый временно безработным отцом – у того тоже настали «дни непосещения» работы, а Меган приходилось трудиться в две смены, чтобы прокормить этих «лентяев». Конечно, они помогали ей, как могли – Стив приходил к ней в ресторан и подрабатывал мойщиком посуды, а Рон вел домашнее хозяйство. И хотя дел был не так много, он обязательно находил себе занятие. А недавно и вовсе нашел частную практику мелкого домашнего ремонта, поэтому смог обзавестись небольшими карманными деньгами, и этим невообразимо гордился, словно это были его первые деньги.

Сегодня Рон получил довольно неплохой заказ, за хорошие деньги, но нужно было ехать через Мемфиский мост, съезжать с автострады 55, в сторону озера Хопфилд. И хотя никто понятия не имел, кому в этом месте могла понадобиться помощь слесаря средней руки – вопросом не задавались. Все понимали необходимость таких случайных заработков.

И все бы ничего, вот только после двадцати ноль-ноль полицейские патрули снимались со своих блок постов и уступали место местным бандам, у которых порядки были иные. И этого стоило опасаться. Впрочем, Рон рассчитывал управиться гораздо быстрее и быть дома уже к шести вечера. Но его не было. Он не появился ни к шести, как обещал, ни к восьми, ни к девяти.

А в девять пятнадцать вдруг разом заткнулись все полицейские сирены и, не считая стрекотания стрелкового оружия, сопровождающего каждое наступление темноты, не раздавалось больше не звука. Это было так не привычно, что они, отвлекшись от тяжести переживания и ожидания главы семейства, высунулись в окна, наблюдая почти естественную картину.

Ночь перевали за час. За близким Мемфис Бридж неожиданно затукали лопасти вертолета. Луч лазерного фонаря разрезал ткань ночи лоскутами, а потом до них донеслось далекое, обрубленное эхом города мегафонное сообщение:

- Жители города Мемфис, - последнее они скорее угадали, нежели услышали, - ….альная …ма….ник. – Рваными, дергаными осколками долетало до них сообщение.

Тук-тук-тук.

Избивали лопасти воздух, воздушная запятая стрекозы медленно приближалась к ним, неся послание из другого мира.

- … ни при каких обстоятельствах не покидайте дома…ощь уже близко…о будет.

Посланнику внешнего мира не дали закончить, так и не перевалив через мост, откуда-то снизу стартовала ракета, оставляя после себя дымный след, указывающий направление. А через секунду, разломившись от удара пополам, словно хрустящая хлебная палочка, стрекоза охваченная огнем, рухнула вниз. Туда, где восторженными дикими криками отметили удачную охоту.

В дверь постучали неровной дробью. Они вздрогнули, отлепились от окна, задышали нервно, прерывисто, пропуская сипло кислород сквозь игольное ушко глотки. У Рона был ключ! У Рона был ключ, он точно его брал, когда ушел. Это не мог быть он.

Снова постучали, но в этот раз дробь вышла слабеющей, на излете.

- Рон? – Икнула Меган. – Ронни, это ты? – Она заламывала руки на груди, нервно теребя махровый конец голубого халата. Но Стивен, словно что-то зная запредельное, словно чуял, бросился к двери, дернул её, но она не поддалась. Заперто! Он заметался взглядом ища ключи сквозного сувальдного замка и не найдя, бросился к матери. Та только взглядом указала на журнальный столик, на котором лежали те самые ключи, оставаясь замороженной, испуганной, отстраненной. А Стив уже метнулся к двери, сунул ключ.

Не той стороной.

Вытащил, вставил, как было нужно, крутанул, толкнул дверь. За ней, еле держась на ногах, стоял отец. Крови не было.

Рон поднял голову, постарался улыбнуться, но вышло плохо. Его тошнило. Он сделал шаг и упал бы, если бы сын не подставил плечо. Но и Стив не выдержав веса взрослого мужчины, надломился в поясе и они оба упали на пороге.

Подбежала перепуганная Меган. Она, оттаявшая, вмиг осмелевшая в защите единственного ребенка, втащила их двоих в дом, хлопнула белой филенчатой дверью, которая при всем её не соответствии выполняемых функций, все же давала некое чувство лживой безопасности.

- Что! Что? Что случилось? – Закудахтала Меган, помогая Стиву встать.

- Это…это…кулеро. Прав…, Рона вырвало зеленым, - правительство пришло нас спасти. Они пустили газ. Спутник.

Мужчину вдруг затрясло, его глаза закатились, а потом разом, сразу во все стороны, из-под одежды, с открытых участков тела. Из глаз. Брызнули, словно тонкие змеи, белые, словно льняные, нити. Пронзили стоящих рядом людей, напитывая их своим содержимым. Напитывая новым сознанием. Собой.

И последнее, что удалось сделать Рону, хоть это и было против его воли, сказать следующее, с трудом размыкая губы и протягивая долгие слоги:

- Жиииивиии.

Читать можно на ЛитРес.