(не) Реальность. Предлагаю новый флешмоб

Всем привет! А давайте проведем новый флешмоб и расскажем, откуда дровишки сюжеты, персонажи, локации.

Я думаю, что у многих из них есть реальные прототипы. Расскажите и покажите свою (не) реальность здесь или в своем блоге. Начну с себя.

Есть у меня цикл «Следак Её Величества», первую часть которого я писал быстро и без особой рефлексии. Спусковым крючком к началу работы стали детективы про графа Аверина, колдуна Всея Империи. Но мир «Следака» очень сильно отличается от КРИ. Начнём с того, что Российская Империя в «Следаке» — это кривое зеркало России 90-х годов.

И там, внутри книги, есть сериал «Почти неповреждённые светильники». Как нетрудно догадаться, прототипом стали «Улицы разбитых фонарей». Помните, как сыщики раскрывали преступления в кафе? Отсюда родился и саундтрек:

https://vk.com/audio530533440_456239143_df755685f60f2097da

Среди главных героев выделяется… Казанидзе. Ловелас, сердцеед и талантливый сыщик. Под спойлером — история из сборника рассказов «Байки Феди Иванова» про легендарный сериал — «Почти неповреждённые светильники». Все книги платные, но кто не может себе позволить покупку — напишите в личку, дам промик.

В отрывке ниже с десяток отсылок к девяностым. Найдёте всё?

Происхождение «Светильников»

Ответь мне, дорогой читатель, только со всею искренностью. Знаком ли тебе такой режиссёр — Алексей Ругожкин? Я не буду рассказывать о непростой судьбе этого человека. Бывший мореплаватель, он переполнился романтикой океанов и сошёл на землю, чтобы делать мир ярче.

Тут бывшего юнгу ждали сплошные разочарования. Книгоиздатели не хотели даже брать в руки сборник его баек «Старинный морской обычай». Газеты, даже самые жёлтые, отказывали экс-моряку в любой работе, за исключением продажи прессы. Трижды Алексей поступал в Её Величества кинематографическую академию — и каждый раз получал жесточайшие отказы.

— В семьдесят пятом году на приёмной комиссии меня попросили показать Николая Второго, — вздохнул Алексей. — Я вытянулся в струну и разыграл исторический анекдот.

— Это какой? — спросил я легенду имперского кинематографа.

— Ох, Гриша… Представь самое начало двадцатого века. Николай Второй обходит солдат во время русско-японской войны, — ответил Ругожкин. — Одного из членов приёмной комиссии я упросил сыграть пациента госпиталя. На мой вопрос тот должен был ответить: болею тифом.

— И что же?

— Когда Николай Второй спросил у солдата, в чём недуг? Тот ответил: болею тифом. А я такой: знаю, как же. Сам болел. После подобной хвори либо умирают, либо становятся дураками. Как ты можешь догадаться, экзамен я с треском провалил…

Но Алексей не сдался. Он поступил на службу в Её Величества Императорский Балет. На какую бы, вы думали, должность? Верно, он стал капельдинером. Неблагодарный труд: убирать зал, проверять билеты, помогать гостям найти их кресла. Кланяться аристократам, отбирать семечки у купцов. Однако, будущий режиссёр посчитал новую должность знаком свыше.

Алексей Ругожкин попал в балет благодаря своей представительной внешности. Крупный мужчина с аккуратной бородой и живыми глазами — настоящая душа театра. Затем были краткие курсы сценаристов. Настолько краткие, что будущей легенде пришлось изучать почти всю теорию самостоятельно.

Затем Ругожкин написал две пьесы, одна из которых пользовалась немалым коммерческим успехом. Помогли связи, полученные в театре. По слухам, ему покровительствовала Настасья Волчкова, чьи ноги некогда сводили с ума богатейших аристократов России. Она прочитала рассказы Алексея и упросила нескольких драматургов почитать пьесы.

Плотину прорвало, и успех Ругожкина остановить было невозможно. К сорока годам он, наконец, выбрался из бедности. Люди, некогда воротившие от него носы, стали подавать руки. Сборник баек «Старинный морской обычай» в списке дошёл до самой Императрицы. Она поняла не всё, но нашла истории чрезвычайно увлекательными. И к 1985-му году Алексей, наконец, стал режиссёром. Он начал снимать кино.

*

Вы не могли не слышать про его фильм: «Императорская рыбалка: есть нюанс». Кинотеатры ломились от публики! Дебютная лента побила рекорды кассовых сборов. Когда мы с Алексеем обсуждали этот успех, он только смеялся в усы.

— Я всего лишь хотел как следует похулиганить, — объяснял он мне. — Отчего публика полюбила мою ленту? За искренность.

Убеждён, что и в далёком будущем эту картину смотрят и пересматривают. Да и как же не любить такое кино! Задорная, юморная лента, где дворяне и разночинцы попадают в забавные ситуации на рыбалке. Поговорим об этой работе в другой раз. Итак, к 1977-му году Алексей выпустил несколько юморных фильмов, которые сильно отличались от имперского кинематографа.

Ибо в чём беда последнего? Вторичность, поклонение пред лживыми иконами двуличного Запада. Ругожкин зашёл с другого края. Он показал русскую душу: порой неприглядную, порой — пугающую, но невероятно искреннюю. Говорят, что его картины поразили в самое сердце Екатерину Третью.

— И тогда она сказала мне — снимай, — говаривал мне сам Алексей. — Да так, чтобы голубой экран стал манком. Смел ли я отказать самой Императрице?

К слову, о якобы имевшем место благословении Екатерины Третьей до начала съёмок говорили много и активно. У этой версии, как ни странно, встречались критики. Мол, откуда у государыни время ещё и на такие дела? Отчего тогда Алексею не дали дворянское звание (да, господа, он и поныне — разночинец)? Вопросов много, а авторитетных ответчиков недостаточно.

Увы, дать слово самой Екатерине Третьей у меня не получилось. Даже долгие переговоры с Григорием Бесстужевым о небольшом интервью с Матушкой ни к чему не привели. Но есть ли у нас основания не доверять мэтру? Алексей Ругожкин с высочайшего дозволения Императрицы приступил к сценарию многосерийного фильма. Ничего подобного в России ране не было. Создатель легенды в кратчайшие сроки придумал персонажей, место действия, характеры и…

Словил ступор. Такое бывает у людей творческих, знаю по себе. Хотя на подготовку первых серий мэтру выделили целых четыре месяца, почти весь этот срок прошёл в тяжелейших метаниях и терзаниях. Сочинить нечто столь же весёлое, как «Императорская рыбалка», у него не получалось. Серьёзный детектив со сложным сюжетом он посчитал слишком камерным.

— Я думал о подданных, которые приходят со службы и желают расслабиться, — объяснял мне Ругожкин. — Как можно потчевать такого зрителя продуктом, что требует мыслительной активности?

По этим причинам многие сюжеты, ждавшие своего часа, пришлось оставить в сторонке. Каждая серия должна была стать полноценным фильмом. Даже если ты пропустил предыдущие — вызывать эмоцию. Вовлекать. И в то же время — быть настоящей, живой, а не высосанной из пальца. И тогда Алексею пришла гениальная мысль.

— Я подумал, — говорил он мне в интервью. — А почему бы не сделать образцовый полицейский отдел? Где всё получается. Где дела расследуются. Где добро, чёрт побери, побеждает зло!

Всё просто: одно маленькое дело занимает каждую серию. Полицейские живут свои жизни, выглядят простыми, но в то же время — правильными. И ежели они переусердствуют в борьбе со злом, то зритель им подобное простит.

— Дело заладилось, — сказал Ругожкин. — Истории будто появлялись из ниоткуда. Я словно сам превратился в следователя!

Сюжеты были простыми, а оттого — милыми. Кража семейной реликвии. Угон дорогостоящего автомобиля. Таинственное исчезновение кошки. Потребовалось четыре бессонных ночи и бесконечных дня, чтобы написать первые пять серий. К тому моменту четырёхмесячный срок подходил к концу. Алексей даже не успел как следует вычитать и отредактировать свои серии. Дальше начался процесс, который едва не поставил на грань погибели всё предприятие.

Цензура.

*

Жителям современной России трудно даже представить себе, как Империю 1989-го года пронизывали невидимые нити контроля дум. Тайную полицию сначала переименовали в Секретную, а затем — в Невидимую. Департамент по контролю за СМИ, книгами и брошюрами разрастил штат до невиданных величин. На первый взгляд, у историй Алексея не было шансов на экранизацию.

Даже при наличии стипендии от Матушки.

Но вмешался случай. Как известно, Императрица любит детективы. Нравятся ей и многосерийные фильмы, где она, по собственному признанию, узнаёт героев, как родственников. Наша будущая легенда, господин Ругожкин, услышал эту фразу от самой Матушки. И тогда у него родилась гениальная идея. Всех героев он назвал в честь знаменитых родственников Императрицы.

— И тогда я решил: буду играть ва-банк, — отмечал Ругожкин. — Все фишки на стол. Все карты в лицо критикам.

Напомню, что «Светильники» стали первопроходцем формата. Ничего подобного в истории имперского кинематографа ране не было. Ну, не считать же сериалом бесконечную эпопею Микиты Нихалкова? Что-то про солнце и про томь — название я подзабыл (ищите его в бонусных главах книги «Попаданец. Чужая империя»). К вящему удивлению гранда, Алексей Ругожкин не посмотрел до конца ни единой картины Микиты Нихалкова. Об этом он смело заявил мне же в нашем полусекретном интервью.

— Чтобы коснуться пустоты, мне достаточно выйти на балкон ночью, — отмечал мэтр, безупречно изображая голос Микиты. Ну, эту фразу, да ещё в таком исполнении, цензура точно не пропустила бы в широкие массы.