Тот самый странный момент

Когда герой понял, что попал в тело разумного растения.

Присоединяюсь к флешмобу Елены Трушниковой про попаданцев со своим отрывком из рассказа «Фенхель».

Андрей послушно развернулся и побрёл по заснеженной аллее, горько думая о том, что никому нет дела ни до того, что у него на одной ноге ботинок, а на другой — валенок, ни до того, что у него разорван рукав куртки и запястье покрыто то ли замёрзшей, то ли запёкшейся кровью.  А ведь этой рукой он расплачивался за кофе. Ни до чего.

Ветер усилился. Снег стал больно колоть и обжигать лицо, и даже высокие и разлапистые деревья, сросшиеся кронами над аллеей, никак не помогали спрятаться от метели.

Вдруг краем глаза Андрей уловил лёгкое мерцание справа от аллеи. Он повернул голову в ту сторону и попытался что-то разглядеть сквозь белую кружащуюся пелену, но у него ничего не вышло, и он решил свернуть с аллеи и подойти к странному сиянию поближе.

«Может, это фонарь около подъезда? — подумал он. — Может, удастся зайти внутрь и укрыться от метели?»

Странное сияние оказалось высоким уличным фонарём, за которым в ночном мраке скрывался пятиэтажный дом. Дверь освещённого подъезда была приоткрыта, всем своим видом приглашая парня войти внутрь. Андрей не стал отказываться от приглашения и всё так же не спеша побрёл к ожидающему его теплу и уюту.

Кофе давно остыл и покрылся сверху ледяной корочкой. Андрей поскользнулся на одной из трёх ступенек, ведущих к подъезду, но даже не облился. Восстановив равновесие, он дотянулся до железной дверной ручки и потянул её на себя. Тяжёлая деревянная дверь плавно отворилась, слегка скрипнув набухшим деревом, пропуская гостя в полумрак и тепло.

«Странно, что она не заперта, — удивился дальний уголок его сознания. — Обычно никто по ночам двери в подъезд открытыми не оставляет».

Тусклый свет струился из-за поворота лестничной площадки первого этажа. До него было привычных семь ступенек, но даже отсюда было видно, что распределительный электрощиток был разбит, а часть выглядывающей из-за перил двери испещрена надрезами и царапинами. Пока сознание продолжало робко удивляться обстановке вокруг, Андрей, не останавливаясь, продолжал идти вперёд и начал подниматься по лестнице…

— Стоп! Снято! — резанул по ушам громкий женский голос откуда-то сверху. 

В то же мгновение мир вокруг рассыпался, как карточный домик. Точнее, раскрылся, как коробка от торта, у которой надо снять крышку, а потом разъединить все стены, чтобы аккуратно извлечь из неё торт.

Сейчас «тортом» был сам Андрей, который стоял, как на подносе, посреди квадратной сцены и глупо озирался по сторонам. Ни метели тебе, ни ночи, ни подъезда — тёплое и просторное помещение с кучей разной аппаратуры.

Андрей посмотрел вниз — и валенок, и ботинок были на месте. Кофе тоже. Рваный рукав куртки всё так же болтался, оголяя кровавые отметины на кисти и запястье.

— Фенхель, чего залип? — снова донёсся резкий голос сразу отовсюду. — Вылезай уже оттуда — и в душ! Нам через двадцать минут выезжать. Заправимся по дороге. Поторапливайся!

«Это меня, что ли, травой обозвали?» — мысленно усмехнулся он.

Андрей понятия не имел, где тут душ, но и торчать на сцене больше не видел смысла. Здесь не было никого, кто мог бы ему хоть что-то прояснить. Он огляделся по сторонам и увидел в одном из углов помещения нечто похожее на выход. Поиски выхода всё равно надо было с чего-то начинать, и он зашагал в ту сторону.

Через пять шагов он достиг края сцены-платформы и по инерции занёс ногу для следующего шага, но вдруг произошло что-то странное. На мгновение ему показалось, что он остался на платформе, а его тело само шагнуло дальше, но тут же его, как за поводок, выдернуло с платформы и приклеило, как жвачку, обратно к телу. Однако странности на этом не закончились.

Когда Андрей пришёл в себя от лёгкого головокружения и посмотрел себе под ноги, он понял, что ног у него больше нет. От слова совсем. Вместо этого по железному полу извивались какие-то мелкие бледно-жёлтые корешки с белыми бусинами на них.

«Ладно, корешки, — не впечатлившись, подумал Андрей. — Чего только не приснится… Но, блин, они же ползут совсем не туда, куда я собирался!»

Как ни пытался он изменить траекторию движения корешков, ничего не получалось — видимо, «корешки» торопились в душ, и им дела не было до чьих-либо желаний.

От невозможности повлиять на происходящее Андрей пошёл разглядывать себя дальше: маленькие корешки сходились к толстому корню, похожему на кривую выцветшую морковку.

«Будем считать, что я теперь одноногий», — усмехнулся Андрей.

Над корнем тело расширялось в белоснежную бочку — сочленение всех листьев, а бочка плавно перетекала в пышную укропную шевелюру.

Андрею уже стало совсем смешно оттого, что представил себя одноногим толстым карликом с огромным ирокезом в четыре своих роста. Он даже решил себя осмотреть поближе и со всех сторон. Только после этого понял, что на самом деле он не сидит внутри растения, а парит рядом с ним, как… Воздушный шар, что ли?

Увлёкшись самоанализом, парень даже не заметил, как «они» (а как ещё назвать одно тело с двумя действующими лицами внутри?) доползти до душа.

Продолжение можно найти здесь.