Флешмоб об источниках и прототипах

... в данном случае - в только что вышедшем сборнике.

Большую часть книги составляет роман «Трубы и факелы», в свое время определенный  рецензентом как  «поволжская хтонь».

Содержание  его отчасти навеяно поездками по  Поволжью, главным  образом Нижегородской области, и автор порой выступает в качестве акына, что видит, то поет.   Некоторые локации   вдохновлены подлинными. Например, в Еланском заповеднике можно узнать Ичалковский бор,  это также заповедник, правда  охраняются там все животные, а не конкретно рукокрылые, как в романе (   хотя рукокрылые в тамошних пещерах есть). Однако не рекомендую рассматривать  роман как путеводитель по региону.

Другое  источник – мифология коренных народов этих краев ( да,  мокша мы, да финно-угры мы),  вольно сплетенная с городскими легендами Нижнего Новгорода.

В романе  большое место отведено музеям, но музеи эти вымышленные. И хотя в нашем городе есть литературный  музей, он не имеет ничего общего с изображенным в романе.

Тем не менее, у некоторых исторических зданий есть прототипы. Дворец Барышниковых отчасти списан с дворца Рукавишниковых, с которым действительно связан ряд легенд, и где нынче располагается музей ( исторический, а не  художественный, как в книге).

Музей-усадьба писательской династии Медвежих во многих отношениях напоминает замок Юрино. В нашей истории этот замок принадлежал нижегородской ветви Шереметевых,   пресекшейся еще до революции.

Что до персонажей, то они являются вымышленными, за исключением  тех, кто действует в сюжетных линиях, относящихся  к прошлому.  Думаю, в региональном классике Мамаеве-Панском все без труда узнают«нижегородского мифотворца» Мельникова-Печерского. Старообрядцы, которых он преследовал, будучи  чиновником для особых поручений, действительно считали его оборотнем. Когда я первые об этом узнала, то решила, что  когда-нибудь об этом напишу. Вот и написала.

Что  касается  красной комиссарши Марьяны Берг, то это собирательной образ, использованы фрагменты из биографий двух писательниц, чье судьбы были связаны с Волжской военной флотилией – Ларисы Рейснер и Зинаиды Шишовой.         Марьяна Берг появляется также в недавно опубликованном рассказе «За зипунами».

Короче, история получилась о том, как хранители музеев и мифологические персонажи встречаются в одном и том же пространстве. А иногда и совмещают эти сущности (о, это спойлер).

 Из повестей, вошедших в книгу, выделю  «Хроники погорелого театра», которая  является своеобразным приквелом к циклу про Итиль-город. Дело в том, что по  роду деятельности  мне приходилось  очень много читать о том, что творилось в нашем городе  в конце позапрошлого – начале прошлого века. А посему русско-китайские торговые и дипломатические связи, трафик из Персии в тот же Китай через Нижний Новгород, гастроли Гарри Гудини на Нижегородской ярмарке ( о  чем он оставил мемуар в стиле «развесистая клюква») – все это могло бы стать материалом для полновесного детектива. Но я  не детективщица, и у меня все это превратилось в фантасмагорию. И, конечно, я не смогла обойтись без Анны Петровны  Шмидт ( в книге – Анна Вельзе) репортерши, философа-мистика и  визионерки. 

Кто-то может спросить, при чем здесь театр, да еще погорелый.  Театр в центре Нижнего незадолго перед описываемыми  событиями действительно сгорел. Правда,   потом построили  новый и он стоит до сих пор. Но это уже другая история.