Утро красит нежным светом (и новый флэшмоб тоже)

Красит оно: 

1) Апдейты к книжкам, а именно новая глава Еноха тыц и новая глава "Истока" тыц. Завтра и в вскр будут еще бесплатные  главки "Книги Еноха", а вот с пнд откроется платка, ибо автор очень до денег жаден считает, что труд писателя должен быть оплачиваем, как и всякий другой. Впрочем, цену поставлю как на все повестухи, копеечную ) 

2) С субботы 21.03 стартует очередная скидочная неделя, первыми пойдут скидки на трилогию "Время Химеры". Как-то так получилось, что я ее почти не пиарю в блоге, а между тем постапок, генетически модифицированные монстры и люди, телепаты, безумные ученые (из личного опыта) и прочие кудеса могут быть вполне любезны сердцу читателя. 

3) Ну и, наконец, сегодняшний любопытный флэшмоб от Виолы Редж про зависть к героям под кодовым названием "Чтоб я так жил!" тоже не могу обойти стороной. 

А завидую я, как ни странно, Аресу Эниалию из книжки "Атлант и Демиург. Богиня жизни и любви" (вторая часть цикла АиД). Почему завидую?

• Чувак абсолютно лишен совести и всех этих интеллигентских рефлексий. Вот реально, что хочет, то и творит. Хочет, маньячит с красотками низкой социальной ответственности. Хочет, собственную сестрицу убивает. Хочет, мир спасает. И как-то все без надрыва, хотя в этом мире даже Смерть не чужда сомнениям и печалям. 
• Проистекающее, видимо, из первого. Широк парнишка душой ) Начинает с каких-то мутных делишек с Вельзевулом и охоты на шлюх на городских улицах, кончает, см. выше, спасением мира, Иштар, да по сути и Андрея-Андраса, к которому не то чтобы испытывает сильные дружеские чувства. Потому что может. Не круто ли это? Вот вам светлый образ героя:

- Бельфегор, - прошипела она, - клянусь, я тебя прикончу. 

Сверху раздался смешок, перекрывший, как ни странно, весь гам и грохот сражения. 

- Если ты проявишь такую же пылкость в постели, как на поле брани, красавица, то, несомненно, прикончишь, - прогремел возвышавшийся над ней Великий Герцог. – Я не столь молод, как твой почивший супруг, и загоняешь ты меня довольно быстро. 

Тут Киприда сообразила, что все еще сжимает в руке короткий меч-ксипхос. Взвизгнув от ярости, она вонзила клинок в правую ногу демона, прямо в перевязанную белой тряпкой икру. В следующее мгновение ее оглушил вопль такой силы и ярости, что богиня, выронив меч, зажала ладонями уши. Когтистые пальцы сжали ее горло и снова подняли вверх, прямо к горящим неистовой злобой черным глазам. 

- Ну все, Киприда, - проревел Бельфегор, - кажется, я овдовею, не успев вступить в брак. 

Пальцы сжались, сознание богини поплыло, пурпурно-красное от драконьих крыльев поле вокруг налилось чернотой – и вдруг отпустило. Она рухнула вниз, отчаянно кашляя и задыхаясь, борясь за желанный глоток воздуха, когда нависшее над ней тело демона пошатнулось. Изо рта Бельфегора хлынула черная кровь, а из груди высунулось горящее алым пламенем острие меча. Очень знакомого ей меча. Демон упал на колени, и тогда – боги, боги, должно быть, она все же умерла, и все это видится ей в предсмертном бреду, или, может, на беспросветных полях Эреба? – стоявший за спиной поверженного Бельфегора воин в шлеме с высоким гребнем выдернул меч, широко размахнулся и снес чудовищу рогатую башку.

- Чего вылупилась, дура? – мрачно сказал воин, протягивая онемевшей от изумления богине руку. – Да живой я, живой. 

Кругом, как осенние листья в бурю, падали с неба драконы, земля гудела от грохота их падения, вздымая фонтаны песка и пепла. 

- Он сейчас тоже оживет, - проорал воин, подхватывая Киприду левой рукой, а правой закидывая в ножны меч. – Нельзя надолго убить Герцога в Бездне. 

Легко перемахнув через борт черной колесницы, он утвердил обмершую супругу в своей квадриге, легкой и золотой, и стегнул коней, заставляя их взвиться вверх. 

- Алалэ! – громогласно выкрикнул он, и крик его ловчим соколом пронесся над полем. – Я живой, братья и сестры! Отступаем!

- Ты живой, - тупо повторила Киприда, сидя у ног мужа. 

- Ты живой! – выкрикнула она и припала к его коленям с такой силой, что Арес чуть не кувыркнулся за борт. 

- Живой, живой, идиотка, перестань меня тискать, мы еще не выбрались, - буркнул тот, ради кого она готова была пожертвовать всем. 

Афродита вскочила и увидела, как с усыпанного драконами поля боя то тут, то там взмывают вверх колесницы олимпийцев – Лучник и Лучница, они стояли рядом, вместе, как всегда, и Посейдон, и Гефест, прихвативший с собой одну из голов сторуких, и Геракл, и Кастор с Полидевком. И, хотя Кипирда была уверена, что кого-то они не досчитаются, ее охватила безумная, безудержная радость. 

- Ты живой, - в третий раз выдохнула она, оборачиваясь к Аресу. 

Супруг смотрел на нее, как на чокнутую, и неудивительно – ни разу за время их знакомства богиня любви не выражала такого бурного восторга, как, собственно, не выражала и самой любви. Может, лишь при первой их встрече, когда вытащила из озера Пластира тонущего мальчика в тяжелом доспехе и заглянула в его зелено-карие глаза, глаза юного волчонка. 

Киприда порывисто качнулась к Аресу и обняла его, обхватила руками, намереваясь никогда больше не отпускать. 

- Делай со мной что хочешь, - бормотала она. – Режь на части, души, я согласна на все, только не уходи больше, не бросай меня одну. 

- Не хочу я тебя резать и душить, - ответил ей воскресший супруг. 

Что самое невероятное, это было правдой. Арес не был до конца уверен, что путешествие в царство Эреш излечило его от пагубных пристрастий, но резать или душить жену ему совершенно не хотелось. Зато очень хотелось швырнуть ее на ложе в форме раковины, вмять в белоснежные простыни и доказать – в первую очередь себе – что он жив, на самом деле жив…

Ну сем приступаю к трудовым обязанностям, а вам легкой пятницы и хороших выходных!