Стражи во тьме или засада в Кин Нан Тэ.

Когда в XIX веке появилась фотография она лишила работы многих художников, но не всех. Без работы остались те, кто копировал реальность безэмоционально, говоря по-русски "без души".  Опасения, что фотография оставит художников без работы остались в далёком прошлом, как и утверждения о полной бездуховности фотографии. Сейчас художники-фотографы существуют параллельно художникам-рисовальщикам, а фотография стала всего лишь одним из инструментов изобразительного искусства. Я вспомнил об этом потому, что нечто похожее происходит и сейчас. В практику художественной работы активно внедряются нейросети и мы снова слышим те же возражения, что и 200 лет назад. Самые смешные возражатели типа Дробышевского заявляют, что это всё только мода и через несколько лет она исчезнет. Ага! Любопытно, от каких ещё технологий должно отказаться человечество, чтобы утолить жажду консерватизма подобных предсказателей. Но есть ведь и прямо противоположное мнение, что нейросети убьют художественное творчество. Мда! Но ведь нейросети работают только на основе опыта классических художников, ну не всех, а только самых лучших. Мне работа нейросетей видится, только как ещё один инструмент, который привлекает людей к художественному творчеству  Я имею в виду именно создание изображений, потому что и сам этим занимаюсь. И очень рад тому, что нейросети развиваются и их возможности увеличиваются. То, что было невозможно год назад стало возможно сейчас. В частности мне удалось создать новую иллюстрацию к моему роману-дисказу (фанфику) "Тени Торманса". Одновременно эта картинка неплохо иллюстрирует и канонический "Час быка". Оцените мою работу и сравните её с классическими иллюстрациями. Чтобы читателю было понятнее и комфортнее я добавил отрывок из моего романа, к которому иллюстрация относится, а варианты иллюстрации будут в начале и конце текста..

.III. Стражи во тьме.

Трое землян сели маленьким кружком.

– Зарядка СДФ кончается, самолётов не видно, – констатировал Тор Лик, – У нас есть хоть какой-нибудь план?

– Совсем недавно у меня на такой особый случай было даже два плана, – невесело и устало ответил Ген Атал, – А, сейчас нет ни одного.

– Даже два-а, – протянула Тивиса Хенако, – И, что же ты придумал?

– Первый план оборонительный. Подняться на верхние этажи этой башни и там закрепиться.

– Но, оскорбители в покое нас не оставят и наверняка полезут за нами, – возразила Тивиса.

– Пусть. Оборонятся в башне вполне возможно от любой толпы, а нам и нужно-то только продержаться до самолётов. Когда-нибудь они прилетят.

– Ну, а каков второй план? – спросил Тор.

– Второй план наступательный. Внезапно атаковать их. Силой прорваться сквозь толпу и оторваться от преследования. Тем более, что мы уже несколько часов обрабатываем эту массу инфразвуком, уже самим от него тошно. Они элементарно испугаются атаки. Опаснее, чем первый, но зато не привязан к прилёту самолётов.

– Совсем неплохо, – оценил Тор Лик, – Я бы выбрал второй. Но, почему ты говоришь, что сейчас планов нет.

– Часа полтора назад я заметил в доме напротив огневую точку. Осмотревшись внимательно, стереотелескопом, я нашёл на площади ещё пять. Они ждут, когда мы отключим силовое поле.

– И, что тогда? – тихо спросила Тивиса.

– Они нас расстреляют, Тихе, как мишени в тире. То же самое будет, если мы атакуем или полезем на башню.

– Но ты же клялся, что местное оружие не должно пробивать наши скафандры, – удивился Тор Лик, – Что же изменилось?

Ген Атал грустно произнёс.

– Против нас Тор сейчас выставили совсем другое оружие. Это тебе не полицейские пукалки, это настоящие, боевые пулемёты, которые стреляют на километр и разорвут нас на куски, вместе с нашими скафандрами.

– Значит, Вир был прав и боевое оружие у них сохранилось, – резюмировал Тор Лик.

Ген Атал в ответ только угрюмо кивнул.

– А, если бы мы стали прорываться в самом начале этой блокады? – спросила Тивиса, – Получилось бы? – Она говорила спокойно, но в её голосе слышались слёзы.

Бронемастер отрицательно покачал головой, и на его лице отразилось страдание.

– Нет, Тихе. – мягко сказал он, – Наверняка эти пулемёты стоят здесь с самого начала. Это засада, ловушка специально для нас. И, самолёты задерживаются не случайно. Именно нас они ждали, именно здесь, и мы в это дерьмо вляпались. И, именно я, как последний лох, привёл вас сюда.

Тивиса и Тор разом положили руки на плечи Ген Атала, безмолвно успокаивая и поддерживая его.

– И, мы ничем не можем их достать? – спросил Тор Лик.

– До них метров триста, а у нас никакого дальнобойного оружия нет. Лазерный луч на таком расстояние мог бы их только ослепить. Но ослепим мы один или два пулемёта, а остальные будут стрелять, – было видно, что бронемастер уже перебрал для себя в голове все возможные варианты.

– А, звездолёт нам ничем не поможет?

– С орбиты такие мелкие цели не разглядеть. Можно спалить этих несчастных, – Ген Атал мотнул головой в сторону площади, – Но, нас это не спасёт.

– Почему же, они не расстреляли нас сразу, как только мы появились на площади? – спросила Тивиса.

– Наверняка, хотят нашу гибель списать на этих наркоманов, – Тор Лик мотнул головой в сторону оскорбителей. – Для этого их сюда и притащили.

– Значит, сами убийцы хотят остаться во тьме, неизвестными. – сделала вывод Тивиса, – Кто же они?

– Вопрос, конечно интересный, но абсолютно неуместный, – даже на пороге смерти Тор Лик оправдывал свою репутацию балагура и весельчака.

– Ещё как уместный, Афи! – вскрикнула Тивиса и даже вскочила со своего места, – Мы погибнем, но друзья должны узнать об этой ловушке, чтобы найти убийц и отомстить за нас!

– Узнают, – пообещал Гэн Атал, – Хотя и не сразу. СДФ записывает все наши разговоры.

– Не думала, что это произойдёт так, так … безобразно, – дрожащим голосом произнесла Тивиса, прижимая руки к груди, – И, что, нас действительно потом будут собирать по кускам?

Ген Атал кивнул.

– Да, несколько длинных очередей разорвут нас на части в самом прямом смысле. А, потом ещё вон эти развлекутся, – он кивнул на толпу «оскорбителей», – Правда, есть другой вариант.

– Какой? – разом вскинулись Тор и Тивиса.

– Эта пагода очень старая, – Ген кивнул на гигантскую ветхую башню, закрывавшую закатное чистое небо, – Если переключить инфразвук с 16 герц на 8, и запустить на полную мощность, то мы попадём с ней в резонанс и она непременно рухнет.

– 8 герц, да ещё на полную мощность, – присвистнул и покачал головой Тор Лик, – Башня может сразу и не рухнет, а у нас точно полопаются все кровеносные сосуды.

– Ну и пусть, – решительно вступила Тивиса, – но друзья найдут нас целыми.

Она встала лицом к площади.

– Держи меня крепче, Афи. Мне всегда с тобой было светло.

Тор Лик встал рядом и обнял её за плечи.

– Афи, у меня с собой запись «Стражей во тьме».

Над площадью зазвучала суровая мелодия, а потом вступили мужской и женский голоса сливаясь и переплетаясь друг с другом. Ген Атал встал рядом с друзьями, обхватив их за плечи. К дуэту добавился тонкий, но твёрдый голос Тивисы Хенако.

И, никто не пришлёт подмогу,

Ты останешься одинок.

Но, ты сам выбирал дорогу,

Ты давно уже не щенок.

Я, страж во тьме,

Дозорный на стене.

Я рог, что разбудит спящих,

Я щит, что хранит людей.

Отдаю свою жизнь Дозору,

Среди ночи и тех, кто в ней.

Со страшным грохотом, колоссальная башня рухнула, неотвратимо погребая и землян и нападавших.