Любовь
Автор: Кочнев Владимир БорисовичЯ тогда не понимал, что любовь, это не совпадение вкусов, а взаимообмен и взаимопонимание. Ты даешь человеку что-то одно, он тебе нечто другое. Ты даришь ему цветы, он зашивает тебе штаны. Ты учишь его лазить через заборы и, он тебя причесываться, ты объясняешь ему основы высшей математики, он учит подбирать нужный цвет галстука под пиджак…
И так люди дополняют друг друга. Я совсем не знакомил Анжелику с собой, со своим внутренним миром, и она совсем не знала, кто я, думая, что я -- это она , ее тень.
Когда я понял свою ошибку и начал знакомить – было уже поздно.
Мы видим чужих, но слепы к себе, сказал мне как- то Петрович
После того как я стал больше рассказывать о себе ( мы уже начали целоваться и сливаться в объятья по углам подъездов), возникла некая пауза. Полагаю пред Анжеликой возник незнакомый человек в туманном плаще.
Несколько дней мы не встречались, а потом она подытожила.
«Я не могу жить с телепатом, человеком, который видит тебя насквозь»,-- сказала она,- «я боюсь. Я тебя совсем не знаю. Какой ты…?!!!»
Я попытался объяснить – какой и наткнулся на стену.
Мы еще какое- тоя время бродили по паркам это был август переходящий в осень я покупал ей цветы.
Потом она исчезла, я звонил, она не брала трубку. Потом я узнал, что она познакомилась с каким-то Вадиком, первокурсником, потом с Виктором, потом вышла замуж.
Однажды зимой, через пару лет когда я уже почти забыл о ее существовании (естественно, не о той, какой она была раньше и которую я любил – этот светлый образ застрял во мне навсегда, а той , которая стала теперь, в реальности) она мне позвонила.
-- Он оказался негодяем!,-- сказала она.
– Какой из них именно? – спросил я, зевая. Я крутил трубку телефона, я был немного удивлен. Но предсказателя удивить сложно, то, что она позвонит, я знал где-то за неделю. Хотя и не знал в точности, о чем мы будем говорить. Некоторые вещи лучше в себе глушить…
Что меня удивляло, – то, что я продолжаю с ней говорить. Я почти ничего к ней не чувствовал, но почему-то продолжал держать телефонную трубку, вытягивая нить ее голоса, и не прерывая его. Можно было вообще не отвечать на звонок, или же сразу оборвать его.
Она как-то не обратила внимания на то, что звонила после многолетней паузы.
Ни извинений ни объяснений.
Я между тем слушал и видел насколько человек изменился.
Она не стала хуже, но стала другой. Ту девочку, которую я знал, больше не было.
Мы поговорили минут пять, я отклонил предложение о встрече. Сказал, что может быть позже. Во –первых у меня не было времени, во вторых она возвращалась ко мне не как к мужчине или старому приятелю, как блудная дочь к отцу, взглянуть на пять минут, убедиться что ее любят и полететь дальше. Так что..
Бывает так, что на месте, прекрасного пустыря с резкими колючками растений и роз, и маленького ручья, утонувшего в зелени, вдруг появляется что-то иное – приезжают тракторы засыпают все песком, приходят строители в оранжевых робах, роют ямы, заливают фундамент—и вскоре возникают очертания небольших аккуратных домиков, возникают коттеджи, аккуратный поселок, а то и вовсе высотки и микрорайон, и может оно все неплохо, но ты хотел именно пустыря, с его блаженством тишиной и неопределенностью.
Наш разговор продлился шесть минут сорок секунд.
Она еще что-то рассказывала, но я сказал, что перезвоню и оборвал его.