Имя сестра, имя! Или кого же спас Робеспьер!

В статье русской википедии о Лавуазье, как и в ряд других источников на русском, написано следующее:

«Революционный трибунал приговорил всех откупщиков (31 человека) к смерти, кроме одного, вычеркнутого из списка Робеспьером».

Откуда взялись у этой байки самые ранние ноги, я выяснить не смог. На самом деле, даже очень беглого знакомства с историей революционного террора во время Великой Французской Революции достаточно, чтобы заподозрить неладное – не тем человеком был миляха Робеспьер, чтобы кого-то вычеркивать из списка приговоренных. Исторические анекдоты на эту тему есть, а вот документально зафиксированного факта не наблюдается. Вот вообще.

Вообще история с откупщиками достаточно запутана, поскольку, как это часто бывает у всяких революционных трибуналов, следствие и суд велось криво, косо, с нарушением хоть какого-то законодательства, так что в итоге не всегда понятно, почему одних судили, других казнили, а третьих вообще не заметили. Это даже не рассматривая тот вариант, что на фоне общего бардака в финансово-налоговой системе Франции еще при короле их пресловутая La Ferme Générale, как это не дико прозвучит, являлась довольно светлым пятном. Более того, учитывая постоянную нехватку денег у короля (практически любого, увы) и постоянную же привычку государства (практически любого 2) в ходе игры заявлять, что у нас тут шашки, тут шахматы, а тут вообще подкидной дурак, сложно сказать, кто кого больше надул. Но простой и не совсем простой народ Франции точно не был в числе выигравших, что и привело к известному финалу. 

Можно предположить, что под пресловутым «списком» в байке подразумевается список обвиняемых по процессу 16 флореаля II года – там их действительно было 31, но казнили только 28. Троих (а вовсе не одного) вычеркнули еще на стадии подготовки дела.  Официально «трое обвиняемых были отстранены от разбирательства на основании показаний гражданских аудиторов о том, что они не управляли никаким имуществом и не имели никакого отношения к рассматриваемым договорам аренды.»

Так оно или нет – сказать из 21 века сложно, глядя на биографии отвертевшихся, поневоле возникает подозрение, что троица оказалась более ушлая и правильно «подмазала» не людей в трибунале, а местечковых карбонариев – за одно, например, вступился революционный наблюдательный комитет секции Тюильри.

С другой стороны, они могли действительно являться наименее «замазанными». Например, великий химик Лавуазье, как честный, хе-хе, человек, действительно активничал на службе (деньги на опыты сами себя не заработают) и более, того, являлся одним из авторов и активных двигателей идеи «таможенной стены» вокруг Парижа для более эффективного контроля над импортными пошлинами и контрабандой алкоголя. Насколько большой любовью эта стена и автор идеи её постройки пользовалась у простых парижан, каждый может представить себе в меру своей испорченности. Так что, вопреки всему, что пишут многие, можно достаточно уверенно сказать, что никакое заступничество Лавуазье бы не спасло и якобы сказанная по его поводу фраза: «Республика не нуждается в учёных», опять же, никакими документальными источниками не подтверждается и крайне сомнительна.

Тем не менее, откупщик, именно вычеркнутый из списков, действительно имелся.  Жан-Батист-Шарль Лежандр де Люсе, согласно вики, был освобожден по требованию Комитета общей безопасности Конвента, как владелец важного с военной точки зрения производства – свечного металлургического завода, где отливали ядра. Другой источник уточняет, что пока де Люсе мариновался в революционной кутузке, подсуетилась его жена. Данная парочка вполне пережила революционные бури, после чего сделала очень даже неплохую карьеру при Наполеоне. 

В общем, как показывает историческая практика, всегда надо уметь довариваться с нужными людьми. Реально работает.

Насчет эльфов, правда, точно неизвестно, можно ли с ними договориться. Но попробовать всяко стоит.

P.S. Что касается Лавуазье, то, имхо, он, будучи без базара, гениальным химиков и вообще талантливым человеком, просто и банально переоценил свою нужность.  Не Франции (ей он как раз бы пригодился), а конкретным людям из ревтрибунала. Для которых интересы страны «где-то там, за горизонтом событий»,  а парижская толпа, которой надо кидать кровавые кости с мясом – здесь и сейчас. И с их точки зрения казненный откупщик Лавуазье намного, намного полезнее для дела революции, чем какой-то там химик. Который еще, падла такая, взялся писать тугамент, и ладно бы в нем плакал, каялся, размазывал сопли, обещая, что все понял, осознал тяжесть, степень и глубину своей вины перед народом и больше так не будет. Под такое хорошее представление могли бы если не отменить казнь, так хоть потянуть с приведением в исполнении – а там уже и самого Робеспьера с приятелями того. В общем, шанс отпетлять был. Но вот многабукв со всяким ботанским словоблудием о том, что господа откупщики были не так уж плохи, да и вообще чем-то даже полезны, судя по ходу процесса, читать стал примерно никто.

В общем, в людях Лавуазье разбирался похуже, чем в химии. На чем и, э-э, погорел.