О сирийском климате + стихотворение

Климат в Сирии сухой и жаркий. Дожди выпадают крайне редко. Как-то их не было всё лето и осень, первый пошёл лишь в феврале. Тогда звучали призывы к экономному расходованию воды, и было запрещено поливать из шланга свои садики – любимое занятие некоторых местных жителей. Был, правда, случай, когда за короткое время выпало столько осадков, что затопило дороги в районе мостов, и машины ехали, погрузившись в воду. В Хомсе и Дамаске мы жили в полуподвальном помещении, в сток наших двориков забивались листья, и в них быстро скапливалась вода. Снег выпадал редко и тут же таял. Кое-где, в горах, он задерживался отдельными клочками, например, на автостраде между Дамаском и Хомсом. Лишь когда мы ехали в Дейр-эз-Зор, в сторону границы с Ираком, снег покрывал всё окружавшее нас пространство.

В Дамаске летом было нестерпимо жарко, асфальт буквально плавился под ногами. Пройдя во время сиесты семь минут от работы до дома, я падал на кровать и тут же засыпал. Без головного убора ходить было опасно. Солнце слепило глаза. Лица жён специалистов, пренебрегавших тёмными очками, быстро покрывались морщинами. Мне, с моей всего лишь одной четвёртой восточной крови, они были не нужны, и я носил простые, с диоптриями. В Хомсе было не так жарко благодаря постоянным ветрам, дующим с моря через расщелину между хребтами Ансария и Антиливан. Они сдували москитов, которые в Дамаске яростно нападали на жену и детей, но почему-то игнорировали меня. По улицам часто ездила машина, пускавшая специальный дым против москитов, но это мало помогало. В портовых городах Тартус, Джебла и Латакия было всегда жарко и влажно, примерно как в нашем Сочи.

В Дамаске вода очищалась серебряными фильтрами, установленными ещё французами, а в Хомсе была насыщена солями, поэтому её приходилось кипятить в большой кастрюле. На дне выпадал толстый слой белого осадка, очищенную таким образом воду переливали в другую кастрюлю, а остальное выбрасывали. У тех, кто так не делал и увлекался газировкой, при изготовлении которой местные использовали некипячёную воду, уже в течение года появлялись проблемы с почками. В Хомсе однажды была песчаная буря. Всё небо потемнело, улицы покрылись красным песком. Она пришла не из Сирийской пустыни, где только камни и потрескавшаяся глинистая корка, а из Саудовской Аравии. В Хомсе также постоянно отключали свет из-за недостаточного уровня воды на Евфратской плотине. В кинотеатрах и некоторых магазинах начинали шумно работать генераторы, в большинстве же мест обходились свечами и фонариками.

В целом нам тёплый сирийский климат, с его постоянно голубым безоблачным небом, очень нравился. Вернувшись зимой, по окончании моей срочной службы в армии, мы снова попали в морозы и слякоть, от которых совершенно отвыкли. Дочери при этом всем говорили:

— Нам такой климат не подходит.

В детстве и ранней молодости я часто страдал простудными заболеваниями, недаром одной из моих школьных кличек было «Болявый». Но в Сирии я так прогрелся, что не ходил в районную поликлинику и не брал больничный десятилетиями.

Сирия

Солнцем обожжённая земля,
Круглый год зелёные поля,
Силуэты невысоких гор,
Вечно голубых небес простор.
Ждут здесь с нетерпением дождей,
Снег недолго радует детей.
Летом мучит страшная жара -
В Хомсе дуют сильные ветра,
А в Дамаске постоянный зной,
Плавится асфальт на мостовой.
Люди в полдень прячутся в домах
И выходят погулять впотьмах.
Освещают путь им фонари,
И слышны шаги их до зари.

Мы с мл. дочерью попробовали заменить в этом стихотворении названия сирийских городов, и получилось стихотворение про Испанию, в которой она живёт уже много лет:

Солнцем обожжённая земля,
Круглый год зелёные поля,
Силуэты невысоких гор,
Вечно голубых небес простор.
Ждут здесь с нетерпением дождей,
Снег недолго радует детей.
Летом мучит страшная жара -
В Хомсе дуют Сарагосе сильные ветра,
А в Дамаске Мадриде постоянный зной,
Плавится асфальт на мостовой.
Люди в полдень прячутся в домах
И выходят погулять впотьмах.
Освещают путь им фонари,
И слышны шаги их до зари.