Сильмариллион, или царство двойных стандартов

Насколько я всегда любил “Властелина колец” (роман, не фильм), настолько я не могу понять и принять “Сильмариллион”, хотя мое первое знакомство с этой книгой состоялось еще в подростковом возрасте. Дело в том, что я плохо воспринимаю двойные стандарты, а весь этот эпос Профессора просто ими пронизан.

Я нарочно перенес действие сего пафосного произведения в наш мир https://author.today/post/815299, чтобы очистить от всей пафосно-эпосной шелухи и наглядно показать суть сюжета.

Начнем с того, что Толкиновские Валар — это никакие не архангелы, как бы ни пытался нас убедить в этом сам Толкин и некоторые канонисты, а весьма некомпетентные и лицеприятные существа. Они освобождают Мелькора. Они совершенно не контролируют его, и он беспрепятственно пакостит, сея вражду среди Нолдор.

Тут, кстати, всплывает еще один момент: Финголфин тоже упорно считает себя старшим сыном Финвэ, причем Толкин с этим соглашается, называя и Фэанора, и Финголфина старшими сыновьями Финвэ. Но у отца не может быть двух старших сыновей, разве что они близнецы. Финголфин — старший сын своей матери, но никак не отца.

Однако, когда между братьями происходит конфликт, Валар немедленно встают на сторону Финголфина, хотя тот далеко не образец праведности. Можно вспомнить сцену, когда он приходит к отцу и, показательно играя роль лояльного сына, просит усмирить Фэанора, подчеркивая, что вот, они с Финарфином, напротив, отца любят и слушаются. Это — классическая пассивно-агрессивная манипуляция, цель которой — выставить брата неадекватным и скомпрометировать законного наследника в глазах общества.

Валар было просто удобнее с предсказуемым Финголфином. Они закрывали глаза на его интриги, потому что гениальный и импульсивный Фэанор был для них слишком независим и неуправляем.

Да, то, что Фэанор обнажил меч и угрожал брату-интригану, не есть хорошо. Однако “администрация” Амана совершенно не владеет элементарной психологией. Фэанор — существо взрывного темперамента, и сдержаться ему на порядок труднее, чем паиньке Финголфину. Если уж было наказывать его, то вразумление должен был получить и младший брат, интриговавший против старшего. Можно было сказать ему вести себя скромнее, объяснить, что, в отличие от осиротевшего в раннем детстве Фэанора, он вырос в полной семье, напомнить, что он никак не старший сын…

Но ничего этого сделано не было. А потом бессовестный Мелькор убивает Финвэ и похищает Сильмариллы как раз в то время, когда несчастный Фэанор был в ссылке по приказу “премудрых” Валар. Помощи убитый горем сын не получает никакой. Допустим, у Валар действительно не было возможности в тот момент что-либо сделать, но как они себя ведут?! Сплошное высокомерие и ни раскаяния, ни сожаления. Хотя все произошло по их недосмотру. Зачем же освобождать чудовище, если потом не можете с ним справиться?..

Было жаль “брата”? Но почему ваше сострадание простирается только на себе равных или на очень избранных? Ведь можно было сказать Фэанору: “Мы виноваты, мы сожалеем, это наш колоссальный просчет! Да, прямо сейчас мы ничего не можем сделать, но мы при первой же возможности покараем Мелькора и вернем силмариллы”. Но эти господа по факту умеют только читать нотации.

Любой мало-мальски грамотный юрист подтвердит, что самосуд начинается там, где не работает законодательство или правоохранительные органы. Здесь можно вспомнить случай несчастной Марианны Бахмайер или дело Калинки Бамберски.

Получается, своей вопиющей некомпетентностью и беспомощностью Валар толкают Фэанора на поход в Белерианд. Большой вопрос — зачем туда тащится еще и Финголфин… Фактически он продолжает подсиживать старшего брата и в итоге получает титул верховного короля Нолдор. Не оправдываю резню тэлэри, но тащиться через льды было личным выбором этого обиженного амбициозного субъекта. 

Однако Толкин любит Финголфина и потому прощает ему все. Профессор вообще склонен выгораживать своих любимчиков, несмотря ни на что. Нет, конечно, Автор художественного произведения — полновластный хозяин в своей книге. Он имеет право кого хочет, казнить, кого хочет, миловать. С этим никто не спорит. Но Профессор поступает не очень честно, когда предлагает нам считать Эру Господом Богом, а шайку Валар — Его Архангелами. И пытается оправдать Промыслом сомнительные действия симпатичных ему героев.

Например, сильмарили. По идее, они должны обжигать всякого, кто коснется их, не имея на это права. Но если Толкин объявляет своего Илуватара Богом нашего мира, то на его Легендариум должны распространяться и его этические законы. С каких пор то, что мы украли у вора, становится нашей законной собственностью? Это что — “грабь награбленное”?! 

Допустим, сам факт освобождения сильмарилла от власти Мелькора — благо, и камень не обжигает Берена и Лютиэн. Но почему он не обжигает пустого тщеславного павлина Тингола, когда он оставляет камень себе и красуется в нем, при том, что майа Мелиан сразу сказала, что нужно вернуть сильмарилл сыновьям Фэанора?.. Ведь он в наглую присвоил чужое имущество. Но увы, чувство справедливости у Толкина весьма оригинальное.

Вообще, вся история Тингола у меня вызывает сильное недоумение. Прекрасная, сострадательная и милосердная(!) майа влюбляется… Нет, не в искалеченного, но глубокого и благородного Маэдроса, и не в измученного, похожего на тень Гвиндора, которого бросила невеста. Кстати, об этой невесте. Как вам нравится фразочка: “против воли ее сердце отвратилось от Гвиндора и обратилось к Турину”? То есть, ответственность с девицы Финдуилас за предательство любимого полностью снимается. “Не виноватая она”.

Мелиан обращает свой взор на абсолютную, хоть и красивую, бездарность, которая не является ни талантливым творцом, ни выдающимся воином. И ради него она терпит “подвиг” вынашивания дитя, ограждает владения муженька завесой… Простите, но никогда не мог уважать подобных женщин.

И вот этот павлин, сидящий под юбкой… пардон, завесой могущественной жены, пренебрегая ее советом, присваивает себе чужую драгоценность, но заклятие Варды при этом… молчит.

Вообще, Автор и Валар крайне толерантны ко многим сомнительным поступкам своих любимых героев. Эльвинг могла отдать сильмарилл и предотвратить разорение гаваней Сириона. Но она предпочитает рискнуть детьми и пожертвовать своими людьми, но сохранить свою прелесссть. И Ульмо тотчас подыгрывает этой кукушке…

Зато на Маэдросе и Маглоре заклятие Варды отыгрывается по полной.

Вот лишь немногие из примеров двойных стандартов, из-за которых, как мне кажется, попытка Профессора скрестить дух языческих мифов с Христианством получилась очередной несчастной совой, которая только и делает, что пытается соскользнуть с глобуса.