Чем живут студенты в 1900 году? Идеи и споры

Один из плюсов для попаданца во времени: увидеть вживую то, о чем читал только в книгах и учебниках. Главный герой "Репортера с Хитровки" в свое время закончил истфак МГУ. А теперь он живет прямо в истории.

Местом этим оказалась одна из бедных квартир в знаменитом общежитии для студентов, Ляпинке (так его звали по фамилии хозяев – купцов Ляпиных). Я примерно помнил, что благотворители переделали склад для нуждающихся студентов, которые получали место бесплатно.

Николай уверенно поднялся по лестнице. Внутри все было довольно типично: длинный коридор, двери, за которыми одинаковые комнаты. Слышно разговоры, смех, пение. Довольно грязно, но нет той скученности и убогости, как в ночлежке.

Вот и наша цель: Николай поздоровался с порога, вынул из кармана несколько бумажных пакетов (это он угощение прихватил) и выложил на грубо сколоченный деревянный стол у окна. Я осмотрелся: вдоль стен четыре кровати, застеленные серыми грубыми одеялами, тумбочки с книгами, на окне какие-то банки, простая посуда, стаканы, керосиновая лампа. 

– Это Федор, мой товарищ, – коротко представил он меня. Видимо, здесь все было просто.

Хозяева и гости все были очень молоды – до 25 лет. Они представлялись и пожимали мне руку, но я как-то растерялся и не смог сразу понять, кто есть кто.

– Наливай чаю себе и товарищу, – пригласил нас к столу один из студентов (я подумал, что здесь, скорее всего все студенты), – и берите бутерброды.

Грубо порезанный хлеб с кусками колбасы лежал прямо на газете. И какими вкусными показались мне эти бутерброды после хитровской еды. Я боялся переесть после постоянной голодухи, хотя желудок очень просил побольше.

Мы, кажется, помешали какому-то спору. На некоторое время в комнате повисла тишина: кто-то подливал чай, кто-то листал брошюру, но потом разговор возобновился. Я слушал внимательно: интересно же о чем молодежь говорила при царе (не Горохе). Николай время от времени в нескольких фразах более подробно объяснял мне, кто есть кто в этой комнате.

– Самодержавная власть изжила себя – разве это не очевидно? Царь у нас невезучий, слабый, не будешь же ты это отрицать? Люди помнят, как его правление начиналось, особенно здесь, в Москве. Сколько народу на Ходынке подавили, а он бал в честь коронации не отменил.

Это говорил хорошо сложенный среднего роста парень с живыми карими глазами. Он подтянул выше довольно потертый сюртук, наброшенный на плечи.

– Экономический кризис из Европы дошел и до нас, стачек все больше, заводы закрывают, как бы голод не настал. А вместо того, чтобы помочь, власти разгоняют недовольных нагайками, арестовывают всех подряд. Казалось бы земствам дали чуть больше прав, и что? Они всё равно под надзором губернаторов, всё равно ничего не решают. Не даст царь настоящую конституцию и свободу слова. Держится за свою власть, вместо того, чтобы послушать умных людей.

– Снова будешь социал-демократов на пьедестал ставить? – С едва заметной усмешкой, воспользовавшись паузой, сказал высокий немного сутулый светловолосый юноша.

– Это Сергей Истомин, который возражает, – пояснил Николай, – из купцов, но всячески старается это скрыть. А в марксистах у нас сейчас (то есть решительно против самодержавия) Петр Рыбаков, он на юриста учится, очень политикой увлекается. Хотя ты, верно про социал-демократов мало, что понимаешь. Я тебе расскажу при случае, только напомни… – Как бы про себя рассудил мой товарищ. – Это гости здесь, они не из нуждающихся.

Ясное дело, он думает, я вообще не в теме политики, не до политики же хитровскому пацану. И пусть расскажет: интересно послушать все не в теории и академическом варианте из учебника, а от того, кто остро переживает эту реальную жизнь.

До чего доспорили студенты - читайте здесь.

Роман с начала - по ссылке.