ДиВо. Кармина. Глава 5. Любимая наложница. За 111 лет до...

Власть - это искусство вовремя замечать опасность там, где все остальные ее не видят. Женщина, не умеющая этого, может быть прекрасной любовницей, милой супругой, даже неплохой хозяйкой дома. Но королевой - никогда.

Некоторые женщины приходят ко двору и думают, что стали избранными, что на них смотрят иначе, выделяют, что ради них будут игнорировать правила. Они путают интерес хищника с благосклонностью, внимание с безопасностью, а потом удивляются, когда вокруг них начинают происходить странные и непонятные для них вещи.

Я стала королевой не потому, что была доброй, и не потому, что верила в любовь сильнее здравого смысла. Я стала королевой, потому что умею ждать, наблюдать и делать выводы раньше других. Потому что понимаю: трон не терпит беспечности, а династия - сентиментальности.

При дворе очень любят говорить о случайностях, внезапных чувствах, о том, как судьба сама делает выбор за драконов и королей. Это удобно - называть судьбой то, что не можешь объяснить логически и... это инфантильно.

Я в случайности не верю. Особенно, во дворце, особенно, рядом с тем, кто всю жизнь смотрел на женщин с холодом, а потом вдруг решил, что одна из них - особенная. Нет, мои дорогие, так не бывает. За любой слабостью что-то стоит. За любой внезапной страстью - тоже. Я у власти достаточно долго, чтобы различать, когда в голосе мужчины появляется одержимость, и я слишком хорошо знаю, чем это заканчивается. Не сказками, не счастьем, а кровью, интригами, борьбой за влияние, расколотым двором. А иногда даже сменой власти.

Многие, необремененные властью, любят говорить о любви, будто это все, на чем держится мир. Милое заблуждение. Любовь - это роскошь для тех, кому нечего терять. А у меня есть сын, которому должно принадлежать будущее Каралиса. И есть другой... наследник Тени - опасный, упрямый, слишком сильный, чтобы его недооценивать, и слишком чужой, чтобы позволить ему взять всё. Но именно мой сын должен прийти к власти. Я хорошо понимаю цену поражения.

Я давно поняла одну вещь: самые страшные беды приходят не с армиями и не с мятежами. Они приходят тихо на стройных ногах, с опущенными глазами, с видом невинного существа, которое “ничего не хочет”. А потом из-за такого существа начинает меняться вообще все. Мужчины начинают забывать о долге, хотеть не того. Во дворце нет ничего опаснее, чем мужчина, который вдруг решил, что его желания важнее долга.

Особенно когда речь идет о Вэлдрине. А если дракон и так опасен - это угроза.

А Вэл именно таков. Он слишком своеволен и слишком неудобен, чтобы позволять ему еще и личные привязанности, чтобы рядом с ним появился кто-то, кто сделает его еще менее предсказуемым. Сила без послушания - уже беда. А сила, у которой появляется слабое место - беда вдвойне. Я слишком долго живу среди интриг, чтобы не понимать простую вещь: любая его привязанность где-то на стороне делает уязвимым целый род, а хищник, пляшущий под дудку чужой девчонки, становится неуправляемым.

Мне это не нравится. Я не люблю неудобства, и не собираюсь смотреть, как из чьей-то глупости вырастает крах моего плана. Королева обязана замечать опасность еще до того, как она грянет.

Такие, как он, не влюбляются, они вцепляются. А когда они вцепляются, дворец начинает трещать по швам. И если Вэл думает, что я стану спокойно наблюдать, как из глупой прихоти вырастает угроза будущему всего Каралиса и Сэла, то он совсем не знает, с кем имеет дело. Я слишком многое поставила на будущее Селариона, чтобы смотреть, как кто-то другой начинает путать карты. Тем более, если это человеческая девчонка, которой здесь вообще не должно быть. Люди хороши в торговле, в переговорах, в обменах, в постели, когда это выгодно. Но не тогда, когда из-за них у принцев мутнеет разум. И если кто-то решил притащить в замок проблему в человеческом обличье, я имею полное право смотреть на это не как женщина, а как королева. И если на пути к спокойному будущему вдруг появляется эта... Хелен, из-за которой безумный принц начинает дышать иначе, смотреть иначе, принимать решения не так, как должен, я не стану этого терпеть.

Мужчины ужасно предсказуемы, когда влюблены, даже самые умные, самые опасные. Особенно такие. Можно годами быть холодным, высокомерным, презирать дворцовые игры, а потом однажды посмотреть на девчонку, и решить, что она стоит всего. Очень трогательно. И очень глупо.

Меня часто упрекают в холодности. Как будто корона надевается на голову вместе с материнской мягкостью и вечной готовностью всех понять и простить. Какая наивность. Закрыть глаза можно на мелочь, ошибку, слабость, но не угрозу будущему. Женщины вроде меня выживают не потому, что верят в чудеса. А потому, что умеют вовремя увидеть, где начинается чужая слабость, и могут использовать ее.

Я умею улыбаться. Умею говорить мягко. Умею смотреть так, будто желаю только добра. Это полезный навык, когда стоишь у власти, живешь среди советников и мужчин, которые считают себя умнее всех вокруг. Но есть и другая сторона, та, которую никто не замечает, пока не становится поздно.

Некоторых девочек лучше было бы вовсе не приводить во дворец. Неоторым девочкам лучше было бы не рождаться, а если уж родилась - то не приближаться к принцу. Некоторым принцам лучше не давать поводов забывать, кому здесь принадлежит право решать. А если кто-то все же забывается - ему стоит вовремя об этом напомнить.

Пусть называют это как угодно. Я называю это угрозой. Дворец вообще редко что-то объясняет. Он просто отсекает лишнее.

И я убью ее ровно столько раз, сколько потребуется, чтобы она исчезла из жизни драконов навсегда.

Читать ДиВо. Глава 5. Любимая наложница. За 111 лет до...

#Кармина