Рецензия на роман «Сотворенные друг другом»
Эта история чем-то похожа на Pixar'овский мультфильм «Головоломка» (Inside Out) — только здесь не рафинированно-чистые эмоции, но сами Боги — младшие, средние, старшие. И конечно же, история любви — та, что сквозь столетия, эпохи и перерождения.
- Общее впечатление от книги — пронзительное, мощное. Архетипически-кристальные боги, их дороги пробирают именно так, как должна пробирать высокая энергетика, заложенная в их суть. Читаешь — и проникаешься: когда Судья вспоминает о Справедливости и Милосердии, Сострадание отдаёт последний кусок мяса дворняге, у Радости кончается топливо. Каждый момент — до сердца, до дрожи.
- Повествование — идёт паралельными книгами: в прошлом и будущем, порой причудливо пересекаясь. Один из любимых приёмов, за отличное использование которого автору плюс в карму!
- Герои — оба главных героя вызывают отклик и симпатию, а их трансформации по ходу сюжета заставляют переживать за то, как сложится их судьба. Ведь и боги могут потерять свою сущность, а могут и принять свою Тёмную сторону.
- Основная мысль текста — помимо собственно романтической линии мы наблюдаем и эпичную борьбу условного Добра и Зла, плюс историю принятия себя, своей негативной часть. Тут психологическая матчасть раскрыта на 100% достоверно.
- Оригинальность — сюжет однозначно не банальный. Заверчено лихо, на самый взыскательный вкус.
- Свои ощущения — история совершенно точно запоминающаяся, как говорилось на имхонете — знаковая. Однозначно буду перечитывать.
P.S. В качестве дополнения. С этой книгой у меня однозначно ассоциируется одна очень известная песня, постоянно крутилась при прочтении первых глав. Не знаю, насколько вам попадает в тот же нерв, вот:
Ольга Арефьева и группа "Ковчег" — У попа была собака
У попа была собака,
Она спасала его от мрака,
Она давала ему тепло
Когда, казалось бы, всё сгнило.
Когда с потолка валилась извёстка
И в небесах исчезали звёзды,
Страницы Библий казались бумагой —
Тогда приходила его дворняга.
Земля превращалась в нелепый глобус,
Бог с неба прочь уходил в отпуск,
Сыпались стены бездарного мира,
Кренились иконы на стенах квартиры —
Тогда приходила к попу собака
И он начинал в её шкуру плакать,
И через час становилось легче:
Спадали камни, смягчались плечи.
Он больше себе не казался сирым,
Отчётливей делался фокус мира,
Он шёл на кухню, и ставил чайник,
И со свистком мир рождался сначала.
Собака вертела хвостом и носом,
Она задавала кучу вопросов —
Нет, не про то, почему он плачет,
А про бегать, гулять и играть в мячик!
И вот на места становились звёзды,
А в голове исчезали вопросы,
Он снова читал страницу про «Отче»,
И путь в небеса становился короче.
А может, не знаю, он был аббатом,
Пастором, ребе и белым братом,
Но только была рядом с ним дворняга
В дни, когда горе, и в дни, когда благо.
Когда средь начальства шли тихие драки
И брата брат предавал за дензнаки,
Не мог он ни врать, ни юлить двояко —
Ведь рядом с ним не врала собака!
Когда его грешники гнали и судьи,
И в Ведах смысл исчезал, и в Талмуде,
И рушилось всё, во что верил вначале,
Он гладил её — и кончались печали.
Итак, у попа обитала собака,
Смотрела в глаза и спасала всяко.
Она заслоняла его собою
Среди человечьего вечного боя.
Билось — и вот пробилось сердце,
Однажды она не смогла согреться.
Дул ветер из терций и белых акаций,
А она не смогла на лапы подняться.
И поп сидел у её постели,
И его волосы быстро седели.
Он держал её лапу и говорил ей:
«Ну что ж ты, собака, ну что же ты, милая!»
И собака тихо ему отвечала:
«Возьми щенка и начни всё сначала.
Спасибо тебе, что ты был со мною.
Теперь я иду в большое Иное.
Теперь я узнаю, о чём ваши песни,
Молитвы и странные длинные тексты,
И если есть Бог — поздороваюсь с Богом.
А ты не грусти, ну, разве, немного!
Не плачь обо мне, я всего лишь собака,
И дело моё — защищать от мрака,
И тело моё сохраняет тепло
Когда, казалось бы, всё ушло».
Для меня здесь и такой же круговорот из сотен жизней, и такая же пронзительная чистота образов и... Любовь?