Субботний отрывок/Историзм - рыцари и легионеры

Доброго времени суток, дорогие друзья. Хочу поддержать бессрочный субботний флэшмоб отрывком из рассказа "В тенях Тамриэля: Гибель красного герцогства", которая расскажет о том, как выглядят в фэнтезийном образе мира The elder scrolls рыцари и легионеры, а так же про войну с культом даэдра и вампирской угрозой:

- Шевалье Арториас, - представился рыцарь, выйдя на тракт, группе, которая замедлила ход по команде поднятой руке и сжатого кулака. – Командир группы поддержки при общевойсковой группы под командованием Деция Спициона.

- Центурион Максим Нерва и руководитель общей группы с сими почтенными рыцарями, - сухо обозначил имперец, укутавшийся в меховой плащ. – Командир сто третьей центурии, прикомандированной к седьмому легиону, - офицер указал на кроваво-бурый бардак вокруг. – Что тут произошло?

- Мы участвуем в операции трибуна Деция Сципиона по восстановлению законности и правопорядка, громим презренных нечестивцев и даэдропоклонников.

- Хм-м-м, - задумался воин. – Мы же следуем после зачистки одной деревни в которой творилось даэдреческое беснование. Странные дела творятся в этом краю.

- Нам необходима помощь, - Аториас вынул вчетверо сложенные документы и раскрыв их, протянул имперцу, показав и печать с драконом. – Прошу от имени имперского легиона. Тут неподалёку есть лагерь даэдропоклонников и у них там то ли лучники, то ли артиллерия. Если их не остановить – они сорвут выполнение операции. Нас не очень то много, - он указал на Аквилу и монахов, - а ваших сил хватит чтобы быстро и эффективно подавить сопротивление любой неукреплённой группировки.

Офицер задумался, опустив руку к поясу, где покоился меч… левая конечность видимо напряглась, словно бы готовясь быть вскинутой и закрыть тело широким прямоугольным щитом. С одной страны у них официальные документы да и не одеты они, как сектанты, разбойники и еретики, а с другой стороны на границе Империи это может быть хитро сделанная уловка.

- Макима, - грузно заговорил один из всадников. – Да что ты думаешь – это же Арториас Готье, один из вассалов барона Игнацио!

В момент размышления вдали раздался рёв. Откуда-то ввысь вознеслись огненные шары и достигнув пика, распались на более мелкие части, превратившись в самый настоящий огненный дождь. В стремительно темнеющем небе всё больше и больше стало расцветать таких «цветов», возвещая о том, что где-то в лесу началось не совсем обычное противостояние.

- Хорошо, - кивнул центурион. – Мы поможем вам и прочешем местность, но потом я свяжусь с трибуном. В случае обнаружения лагеря, мы уничтожим его. Где сейчас трибун?

- В местности, что возле старых шахт, - шевелье указал в сторону леса. – В сражении.

- Гиблое место… там вроде монахи раньше что-то пытались вытащить. Но да ладно. Добро. Во славу Империи и Императора, шевалье! – ударил кулаком в грудь офицер.

- Что ж, в таком случае мы выдвигаемся к трибуну. Во славу империи и Императора, центурион!

Спустя полчаса стремительного продвижения тройка и монашеское стрелковое отделение оказались во время самого разгара боя, который ревел в вое взрывов магии и огненного вихря, создаваемого артиллерией. В небе свистели стрелы – перисто-стальная смерть витала в воздухе – из леса целыми залпами они сыпались на врага. Даэдропоклонники же отвечали по мере сил – пытаясь одновременно отбиваться от лучников в предлеске и тех, кто оказался внутри укреплений. Над головой провыли снаряды катапульт, объятые пламенем и расчертившие пространство чёрные дымные шлейфы. Тут же по полю боя разнёсся далёкий гром ужасных пушек, запустивших тяжёлые каменные ядра. Секундой позже подпорки башни лопнули, часть дерева разлетелась дождём щепок и кусочков металла. Сооружение, набитое лучниками и младшими магами, стало крениться и с дикими воплями и древесным хрустом вскоре грохнулось.

Поле… на снежном поле лежит несколько тел, а пространства у стен завалены трупами, снег залит кровью – всюду в вечерних огнях догорающего солнца сверкают алые проталины и красные лужицы. Перед деревянным частоколом всё поле разрыто траншеями и заставлено кольчатыми баррикадами, мешками с песком и заслонами… которые утыканы стрелами, почернели от пляшущего на них огня и разрушены артиллерийским налётом разлетевшись кусками ломаных кольев и досок. 

До ушей доносится страшный звук боя – звон металла, шипение магии и вопли… крики агонии, вонь палёной кожи и смрад крови. 

- Вперёд, в атаку, – сходу призвал Арториас. – Монахи с самострелами, прикройте нас.

Арбалетчики монастыря рассредоточились, кутаясь в тени наступающей ночи. Они встали возле деревьев и направили самострелы в сторону частокола, приготовившись к стрельбе.

Тройка быстро минула пространство от лесистой местности до дыры в частоколе и пришла прямо в тыл противника, который окопался на левом фланге «крепости». Рыцарь, минув вал и оказавшись в дыре первым движением оттолкнул противника в которого вошёл арбалетный болт. С башни приготовились его засыпать стрелами, но монахи засыпали полдюжины стрелков болтами, прижав тех к полу или скосив часть.

Аквила быстро разделила темп боя и призвала все магические силы, могуществом мысли превратив их в пламенную струю. Чародейка вскинула ладони и обдала башню настоящим ярким и смертоносным пожаром, который обратил остатки лучников в пепел и комки жаренной плоти.

Шевалье и Эмерик ворвались в самую гущу стана противников. Монах с лёгкостью исполосовал сектанта мечом, закрылся им же как щитом от ледяных кольев и отбросив труп, подобрал большой ростовой щит легионера. Прикрывшись, он принял удар противника в кольчуге и с силой толкнув ребром щита в живот, нисходящим ударом отсёк ухо и вбил клинок шею противника… который таскал на поясе жертвенный стилет с черепами и кистями своих жертв.

Арториас же, ведомый яростью и гневом, пошёл на сближение с толпой врагов. Мечом он отвёл неумелый укол рапирой и следующим движением разбил щит второго отступника. Тут же на него поспешил с копьём вылететь третий при поддержке еретического чародея, обвешанного костяными амулетами и знаками Молага Бала. Аквила остановила поток магического электричества и рассеяла его подобно искрам – яркое синее свечение, переизобилирующее треском, осталось в паре шагов от рыцаря. Шевалье прижал копьё к земле и восходящим взмахом угодил острием по незащищённому горлу.

В эту же секунду Эмерик поддержал наступление союзника. Он оттолкнул шитом врага с топорами, провалил и зарубил его длинным мечом, тут же крутанувшись и выпустил эгиду. Тяжеленный кусок металла и дерева впечатался в лицо врага и повалил его на землю – Аквила мгновенно затыкала его ледяными кольями. Монах воткнул меч в землю и быстрым движением скинул со спины арбалет, возведя его в боевое положение.

Чародей-отступник приготовился к магическому противостоянию с Аквилой и никак не ожидал выстрела, который готовился в темном углу укреплений. За пару секунд свистящий болт прошиб грудь магу и тот покачнувшись, завалился на скиданную из куском камня и дерева баррикаду.

- Аа-а-а! – проорал маг и выпустил в предсмертной агонии в практически почерневшее поднебесье сноп молний, призывая своих братьев по ереси.

Оставшаяся часть отряда отступников численностью парой десятков бойцов-кольчужной пехоты, оборванцев-разбойников, вампирских рабов и наёмников окончательно обратила внимание на место прорыва и бросилась туда всей гурьбой в отчаянном желании его закрыть.

Арториас уже выставил меч, а Эмерик нашёл новый имперский щит, приняв защитную позицию. Отряды «красного герцогства» хлынули подобно кричащей и бурлящей волне воплей, ярости, железа и стали. Это не был боевой отряд – это обезумевшая разношёрстная банда, размахивающая оружием. Они оказались уже у павшего мага, как воздух наполнил свист перьев и сверкающая в свете пляшущих огоньков сталь. Арбалетные болты скосили первый ряд наступающих, уложив гурьбу тел возле баррикад, остановив быстрое продвижение. Аквила воспользовалась замешательством и выставив ладони, выпустила струю раскалённого пламени, которая обдала строй врага, окончено остановив наплыв толпы. Мех и ткань быстро охватило пожаром, кольчуга раскалилась докрасна, зажаривая врага прямо внутри доспеха, заставляя того орать и кричать от нестерпимой боли.

Монахи с самострелами успели перезарядиться и дали ещё один залп. Те, кто сумели выжить, получили ещё один ливень стали, угодивший прямо в лица и корпуса врагов.

Арториас и Эмерик видели лишь стремительную агонию отступников. Они умирали, истекая кровью или погибая от ожогов. Кто-то пытался выпить эликсир здоровья, но Аквила быстро обрывала эту попытку ледяным копьём. В конце всего она с посиневшим лицом и дрожащими пальцами смотрела на пространство от одной деревянной стены до внешнего частокола, усеянное телами. Дама подняла дрожащую руку и утёрла нос… но вместо того, чтобы утереться, она всего лишь размазала кровь по лицу ослабевшей конечностью.

- Слишком… много магии, - простонала Аквила, потянувшись к бутыльку на поясе и сорвав пробку зубами, быстро и с жадностью выглотала синюю жидкость.

- Идёмте, - указал Арториас мечом в сторону основного поля боя, откуда местность озаряется огнём, где в жестоком противостоянии сошлись бойцы Империи и мятежники Красного Герцогства.

Но они не смогли дойти своих и оказать им поддержку. Отделившись от тени странная фигура, кутающаяся во мрак, сгущающийся возле расплывчатого силуэта, встала между ними и имперскими войсками.

Трое встретились с порождением ночи – грязнокровным вампиром, обвешанным почерневшими тканевыми одеждами. Тут же рядом с ним встал истинный чемпион даэдрических князей, обдоспешанный готическими доспехами на которых повисла тряпка – истлевший выцветший табард. Сталь покрыта странными сигилами, глифами и символами, посвящёнными разным обливионским господам.

- Аквила, твои друзья знают, что ещё недавно ты ходила под стягом рунического ока? – раздался грозный рык из-под закрытого шлема. – Ты, наша бывшая сестра, ещё не так давно была адептом свободы.

- Они всё знают, - раздался тихий голос из-под капюшона. – Это неважно, ибо они станут либо едой, либо рабами.

- Красное герцогство, - стал размышлять шевалье, удерживая меч в позиции «гнева». – Что это такое? Как вы посмели посягнуть на священные феодальные порядки? На сам имперский правопорядок.

- А что предлагает нам ваша Империя… ваша цивилизация? – фыркнул вампир, удерживая пальцы на мече, сияющим чёрным напылением эбонита. – Объединив всех отверженных, мы выбьем себе право на существование. Мы просто хотим выжить и жить в этом мире, - вампир ухмыльнулся, даже в ночном мраке можно было увидеть отблеск его клыков. – Ваша Империя не даёт нам и права на существование. Мы всего лишь хотим жить… жить так, как того пожелаем, - когтистая лапа окинула пространство. – Это место могло бы стать нашим краем, нашей свободной землёй, герцогством крови и свободы. Где вампира не преследуют из-за длины зубов, где мы можем не ожидать пришествия охотников.

- Аквила, ты была нашей сестрой, нашей культисткой, - стал басовито твердить латник. – Ещё бы вчера ты разъяснила этому жалкому мальчонке о том, что есть постулаты истинной свободы. Ещё вчера ты на великом капитулярии в Ордене отвергла лживые постулаты пустой тирании и ненужного повиновения. Ты первая была готова повергать диктат и выступать за свободу, чтобы мы могли поступать так, как того сами возжелаем и ради достижения наилучшего положения. Чтобы нас не тянула ненужная мораль и кандалы подчинения, - падший рыцарь уверенным движением обнажил длинный клинок на котором заплясали всполохи морозного тумана. – Я либо уничтожу вас, либо умру свободным.

- Во всяком случае Люций Лирион поведёт нас к победе над тиранией. Чтоб…

- И чего ради? – тихо заговорил Эмерик, оборвав речь кровососа. – Единый явно не благословляет ваших начинаний, ибо вы, вампиры, выпьете всю кровь в Тамриэле. Многие святые и обычные тамриэльцы пострадали от ваших групп – сожранные или выпитые. Вы, последователи Молага Бала, не способны себя сдерживать, ваш голод неутолим, и ваша свобода станет ужасом для всех нас, - грозно и уверенно упрекнул монах. – А дальше что? Вы будете требовать всё больше и больше, ибо государство, построенное на неутолимом голоде знати превращается в воронку, которая поглощает всё внутри.

- Ар-ш-ш-ш-ш, - зашипел вампир. – Это малая цена за благо нашего рода.

- А вы, даэдропоклонники, - упрекающе продолжил обвинять в ложных идеях Эмерик. – Вы отрицаете свет Единого ради утешения своих похотей. Вы готовы продаваться даэдрическим князьям, становится рабами их и своих страстей ради того, чтобы хоть немного притупить боль вожделения от собственных страстей, которые вас подгоняют плетями – их ублажать. Взгляните на все свои культы, секты и ковены – они полны опасности, приносят кровавые жертвы, пожирают других, предают друзей или упиваются в оргиях. Это вы готовы предложить Тамриэлю? Эту свободу? Насилие, дикарство и рабство тёмным князьям? Лучше уж вера в Единого, - Эмерик изготовил щит и меч. – И имперский порядок.

- Это неважно, - фыркнул вампир, обернувшись в сторону сражающихся. – Хм-м-м, Ромонн, нам необходимо уходить в штольни и галереи. Там мы укрепимся. Ромонн, - воззвал вампир, - не тупи, на тебя смотрит десяток самострелов.

Павший рыцарь быстро развернулся и вместе с вампиром скрылся из поля зрения. Проход свободен и трое рванули вперёд, решая не связываться с вампиром и предавшим рыцарем, ибо несмотря на численный перевес, это слишком грозные противники.

В пылу боя между первым частоколом и вторым укреплением, выставленным прямо перед штольнями, сошлись имперские легионеры, наёмники и ополченцы против вампирских рабов, разбойников и наймитов. Имперские силы проложили себе путь, устлав снег и расчищенные от него покровы земли, ковром тел. Всюду пляшет огонь, на головы падают стрелы или объятые пламенем снаряды. Имперцы оттесняли к краям еретиков и отступников с дисциплиной и выветренностью прижимая врагов. Враги же с остервенением и отчаянием пытались отбиться – подобно варварам и дикарям они с рёвом и воплями кидались на ряды лоялистов, встречаясь с яростью острозаточенной стали. В самом центре, за стеной щитов Арториас различил ярко-красный гребень воина, который метнул пилум и прошиб доспех наёмника.

- Господин трибун! Господин трибун! Господин трибун! – подбежал к старшему офицеру Арториас и миновав ряд преторианцев в лиловой броне, стал отчётливо говорить. – Настоящим докладываю, что мы обнаружили вражеского агента и засаду и нейтрализорвали их. В ходе операции нами было выявлено, что противник рядом держал лагербь со стрелками или артиллерией. Они готовились ударить в тыл. Мы встретили центуриона из сто седьмой прикомандированной Максима и скоординировали с ним действия – он решил уничтожить лагерь, после чего вам доложит о миссии.

- Хорошо сработано, шевалье, - с суровым лицом обозначил имперец, крикнув бойцам в лиловой броне, с широкими овальными щитами и длинными спатами. – Преторианцы, к обороне!

- Где достопочтенные рыцари королевства? – вопросил шевалье, взирая на то, как имперские легионеры сжимают кольцо пока их собратья в алой броне и с прямоугольными щитами продолжали зачищать территорию, создавая заслоны от постоянно пребывающих подкреплений противника.

- Рыцари пробились в штольни, - трибун указал в сторону второй гряды укреплений, где валяются разбитые почерневшие до углей врата, открывшие путь прямо в шахты. – Они сумели прорезать себе путь и решили убить вампиров.

- Идиоты, - выругалась Аквила, меж пальцев пробежали электрические всполохи гнева. – Их же просто окружат и перебьют. Там же… не только вампиры!

- Не сметь так выражаться о достопочтенных господах, - фыркнул шевалье Готье.

- Вынужден согласиться, - ухмыльнулся трибун. – Хоть это и неуважение к поданным императора, но это глупый поступок, - трибдун резко пригнулся и поднырнул под щит в котором тут же увязли стрелы.

- Нам необходимо туда пробиться, - заявил монах. – Если не вызволить рыцарей, цвет бретонского рыцарства падёт. Это вызовет волнения в регионе, что не угодно Единому.

- Я соберу отряд и назначу заместителя, - кивнул трибун. – Необходимо подготовиться к прорыву и обеспечить устойчивый коридор, чтобы мы сами не были отрезаны. Начнём третий этап штурма раньше времени и уничтожим вражеский лагерь.

Бой продолжился. На этот раз имперские легионеры вместе с наёмниками бросились к воротам, оттесняя и уничтожая вставших на их пути бандитов и рабов. Воины легиона одним залпом пилумов скосили целую дюжину врагов, наёмники метательными ножами «срезали» лёгкую пехоту. Пушки истинно прицельными и снайперскими выстрелами интуитивно поддержали грядущий прорыв – башни разлетелись деревянно-щепочным дождём, а вместе с ними и посыпались стрелки, преграждавшие путь с воплями и криками.

Арториас и Эмерик взирали на происходящее… этого не должно было быть, просто не могло. Гнусное восстание против порядка в Ордене, зов первобытной свободы превратился в настоящий ужас. Под знаменем Люция гибнут сотни, отдавая жизни ради несбыточной утопической мечты или ради шанса пограбить населения или же во имя могущества, которое даёт Обливион.

- Хорошо, Аквила, - тихо прошептал Арториас, его голос еле-еле был слышен из-за звона битвы. – Я думаю… ты окончательно рассталась с даэдропоклонничеством.

Отряд быстро собрался для прорыва, тройка встала возле трибуна, за рядом преторианцев. Отделение монахов-стрелков не отправилось с ними – оно сосредоточилось за баррикадами, продолжив оказывать поддержку имперским силам по приказу легионного командира.

- Легион, к бою! – приказал трибун, острием к небу подняв спату. – В наступление!

Первыми бросились в бой наёмники Заартана. Они большими и сияющими фламбергами быстро прорезали путь – противник пытался выставить пехотный заслон, но клинки в щепки разбивали щиты, рвали кольчуги и кромсали меховые плащи, орошая кровью снег и землю.

Арбалет в руках Эмерика дрогнул – болт со свистом вошёл в грудь вражеского лучника, грохнувшегося с башни. Аквила же направила поток огня в подпорки и доски, заставляя их сгореть до чёрного хрупкого угля. Секунда и она с хрустом провалилась внутрь себя, похоронив очередной стрелковый узел.

В бой поспешил выйти латник в ветхом табарде, в шлеме с плюмажем, вооружённый громоздкой секирой, охваченной кроваво-красным огнём. Он и десяток кольчужников с большими ростовыми щитами возле загородили проход в пещеру, защищённый воротами, которые ещё и обшиты металлическими листами.

Но преторианцы не сбили шага. Они вынули пилумы и остановившись только для того, чтобы их метнуть, а после продолжили идти. Латник некогда славного и великого Ордена, презренный предатель, был утыкан копьями. С устрашающей заточкой и отблеском особого магического зачарования, только усиливающего остроту, они прорезали латы в груди и горле. Враг покачнулся и рёвом грохнулся, над его телом проревел огненный шар, ударивший в запоры врат и сорвав их, часть металла и дерева разлетелись кусками мусора, обдав кольчужников.

Наёмники Заартана тут же накинулись на заслон и оттеснили рычащих и кричащих солдат. Кто-то даже оттянул врата, открыв свободный проход в мрачное, практически непроглядное чрево шахт, где окопалось зло.

- Давай трибун, мы около часа ещё продержимся, - крикнул Заартан, закрыв себя боклером и полосонул фальшионом по броне противника.

- Не бойся, скоро подойдёт подкрепление Империи. С ним вы завершите зачистку.

Отряд вошёл в пещеры, которые встретили их мрачной темнотой, еле-еле рассеваемой лампами и свечами. С тонких пальцев Аквилы вознёсся шар света, уткнувшийся под самый потолок и откинувший морок, указав на пятна крови и что продвижение феодальной знати было кровавым и неостановимым. Вместе с этим все узрели страшный символ власти князей даэдрических над сим местом – кроваво-красные руны и сигилы, тут и там попадались знамёна с руническим оком – из рваной ткани или даже кожи. Имперские силы очень быстро прошли по следу из тел – кто-то из рабов вампирской крови пытался встать на их пути, но мало кто мог выжить под ударами преторианцев – тела то и дело падали под ноги, присоединяясь к убитыми воителями-аристократами королевства.

Спустя всего пять минут продвижения по кровавым отметкам и ориентируясь на отчаянные звуки боя, отряд вышел к большой площадке, ставшей ареной жестокого противостояния. Рыцари вели отчаянное сражение прямо в самом сердце шахты. С навесов и строительных лесов на них лился ливень стали, но латные доспехи сдерживали залп за залпом. Возле них лежали тела – десятки обычных разбойников, бандитов, отступников, наёмников в кольчугах или даже вампиров пали под хлёсткими ударами сверкающих клинков.

- Вперёд! – призвал трибун. – Атаковать противника.

Преторианцы дисциплинировано и выверено развернулись в небольшую рассеянную линию, которой хватило пространства, чтобы встать от стены до стены. Они не стали тратить остатки пилумов, а вместо этого стеной начали наступление, столкнувшись о бушующее море противников, которые лезли из соседних штолен и пещерок. Спаты резали ткань и плоть, пробивали кольчуги и валили на землю кричащие и стенающие тела. 

Аквила собрала все силы и на этот раз призвала другую стихию. Электричество, словно истинная небесная молния прутом сверхаскалённой энергии, обрушилось на строительные леса, буквально взрывая доски, ткань и шесты. Вся конструкция с хрустом и треском стала шататься и крениться. Сильнее оказались только вопли и крики застрельщиков. Всего мига хватило, чтобы она окончательно рухнула и отсекла один проход.

Эмерик же подбежал ко второму каскаду конструкций. Мужчина швырнул пару мешков смеси – огненная соль вместе с углём, серой и селитрой. Парень закинул их отпрыгнул, зацепился за масляную лампу. Раздался стекольный звон, всю пещеру озарило яркое ослепительное пламя, а затем и оглушительный хлопок. Смесь рванула и снесла все подпорки, раскидав лучников подобно куклам и обрушив скалу на второй проход.

Бой стих, пыль постепенна оседала на пол шахт, а в отсечённых пещерах раздавался вой и крик, противник пытался пробиться, но он не представлял угрозы. Имперские преторианцы успели выстроится в квадрат, окружив командиров, а странствующие рыцари и оруженосцы уставились в сторону единственного прохода.

- Мы сдержали их! – крикнул рыцарь. – Во славу королевства!

- Вас отрезали, господин граф Ибелин де Вермен, - сухо обозначил трибун, стряхнув руку с мечом. – Заперли врата.

- Мы знали на что идём. Если скверну не уничтожить, бой продолжится ещё очень долго.

- О чём вы? – не унимая официозности, уточнил трибун. – Нам необходимо отступать или ждать подкрепления, чтобы обеспечить подавляющее преимущество.

- Об этом, - мужчина протянул окровавленный кусок веленевой бумаги, но текст был вполне различим. – Я взял это с тела вампира.

- Хм… тут пишется, что они устроили ещё три «полселения», а ещё севернее установили союз с общиной Периайта. И тут… о «великий дракон», пишут, что могут вызвать помощь. Я видел, как один из культистов направил в небо что-то вроде «вспышки». Проклятье, мы окажемся в окружении.

- Теперь ты понимаешь, почему я повёл своих вперёд. Если мы займём эти руины и не уничтожим командование, то они уйдут через порталы, - граф вложил в руки имперского офицера чёрный стекольный осколок. – Это часть… телепорта. Сигильский камень из Обливиона, который служил стабилизатором для первых малых врат.

- Хорошо, - кивнул Сципион. – В таком случае я принимаю решение – атаковать. Отправь одного оруженосца, чтобы он сообщил старшему декуриону Аллариху Верьмену, что бы они были готовы к подкреплению врага.

- Хорошо, трибун.

- Осталось идти туда, - Эмерик вмешался в разговор командиров и указал длинным мечом, который окутали светящиеся солнечным светом молнии. – Там скрылись враги. Вампиры… среди них есть представитель клана.