Ордена для диверсантов

На Аллейном Измайловском вернисаже, публика, (что по эту сторону прилавка) была весьма пестрая, но главное позитивная это была публика. Сотрудники НИИ, хиппари (вкупе с фингалистыми подругами), поэты, художники конечно, авторы всевозможных поделок, иконщики и пенсионеры. Официально это была выставка Сообщества художников Битца и поэтому у всех на офенистых лотках обязательно присутствовало нечто художественное.

Среди пенсионеров выделялся некий дядя Лёша, веселый дедок преклонного возраста, продававший жутких разноцветных мохнатых чудищ танцующих на ниточках.

Однажды иконщик Федя продал за триста долларов "Святого Луку" XVII века, (которого он по его словам рисовал всю ночь) и традиционно проставился коньяком, лимонами и дорогущей кооперативной колбасой и тут дядю Лешу, хорошо принявшего коньячку понесло и он рассказал увлекательнейшую автобиографическую военную байку про фронтовую разведку...

В Виннице в процессе операции "Рельсовая война" подпольщикам поручили максимально сабботировать железнодорожные перевозки Вермахта и в том числе, проводить хитрую диверсию... Подбрасывать в паровозные топки мины замаскированные под кусок угля.

Разведчица, действующая под личиной переводчицы из Рейхскомиссариата Восточных Территорий , привезла "угольные" мины, (эти заряды взрывчатки, как уже было сказано выше, замаскированные под куски угля, очень эффектно взрывающиеся потом в паровозных топках немало доставили хлопот немецким железнодорожникам).

Агент "Игла" , передала угольные мины по назначению, их смешали с настоящим углем и подпольщики понесли эти хитрые ведра по назначению и одно из вёдер, где среди нормального угля были мины несла сама Игла , сменившая личину (что она вполне лихо умела делать) и загримированная под замызганную дурнушку с окраины и тут пошла цепь случайностей...

Надо сказать, что Иглой девушку прозвали за умение метать заточенные вязальные спицы. Она была очень грамотным исполнителем и применяла свой талант с разбросом по времени и географии, что бы Гестапо и Абвер не уловили систему (на этом настояли ее мудрые кураторы). Хотя она никогда не оставляла свое орудие кары в теле поверженного врага. Она либо быстро вынимала спицу из тела объекта, если не было свидетелей или же бросалась на помощь несчастному которому резко поплохело и незаметно убирала роковое жало. Этому искусству ее научил китайский коммунист обучавший их в школе разведки нестандартным методам ликвидации. Как он говорил убить можно даже щепкой или куском теста и главное для исполнителя иметь в руках то, что не напомнит цели оружие.

Девушка с полным ведром угля проходила мимо поста полицаев возле бочки в которой горели дрова (была холодная зима). Полицаи отобрали у оборванки ведро с дефицитным топливом которое радостно высыпали в бочку для поддержания в оной огня, а тут с проверкой постов подошёл зам начальника полиции, которого преданные подчинённые угостили самогоном.

Игла стрелой помчалась на явку и уже на подходе услышала сзади повторяющийся взрыв.

Понятно, что ни полицейского патруля ни замначальника больше и следа на этом перекрёстке не осталось, но на этом история не закончилась...

У старшего полицая был шикарный польский пистолет Vis, который он в полуподпольном катране выиграл у немецкого Intendanturrat в очко.

Этот самый пистолет силой взрыва был отброшен на соседнюю улицу, где рукояткой пробил голову патрульному унтеру фельджандармерии, на свою беду снявшего каску, что бы поправить сбившуюся балаклаву и посему раскинувшем мозгами и почившем в бозе прямо на перекрестке.

Гестапо вычислив по номеру пистолета его хозяина, начало шить дело, а тут ещё и взрывы в паровозных топках начались и сопоставив взрыв бочки и эти взрывы, ищейки Мюллера смогли элементарно сложить два и два и стали копать дальше, причем по линии причастности к диверсиям интенданта и полицаев.

А подпольщики, у которых был в Гестапо агент-переводчик были в курсе происходящего и дабы занять гестаповцев чем то отвлечённым от себя, подкинули на левую хату интенданта, (где он хранил сливки от гешефтов) , портрет Тельмана , пионерский значок в красивой Красной коробочке и толстенную пачку советских рублей, которые кстати продолжали хождение по территории (казначей подпольщиков, чуть не плакал отсчитывая купюры). И все сложилось как надо... интендант признался в гешафтах, а позже и в связях с партизанами через полицаев участвовавших в данных гешафтах (следователи Гестапо могли быть весьма убедительными).

Когда Лучший друг Советских разведчиков (известный в империалистических кругах, как Дядюшка Джо) узнал об этой истории, он приказал наградить отважную разведчицу сразу двумя орденами, Боевого и Трудового Красного Знамени.