М.

Вечность.

Минула целая вечность.

Проходили годы... Десятилетия... А возможно, и столетия. Я уже перестал считать дни. Сначала пытался — чертил зарубки на стенах своей каменной тюрьмы, потом понял, что это бессмысленно. В Апокрифе нет времени. Только знания. Бесконечные, всепоглощающие, сладкие, как яд.

Я был узником. И добровольным пленником. Тем, кто променял свою свободу на мёртвые буквы древних свитков. Я отдал себя в руки даэдрического принца знаний. Хермеуса Мора. Я думал, что стану сильнее. Я думал, что получу всё, о чём мечтал. Я получал. Но с каждой новой прочтённой книгой, с каждым новым тайным знанием я всё отчётливее понимал, насколько тугая цепь на моей шее. Насколько тесная для меня эта клетка из книг, свитков и чёрного, сочащегося знаниями тумана.

Я жаждал свободы.

И я обрёл её.

Последний Драконорождённый объявился в Тамриэле. Я видел, как он начинал свой путь. Слабый, неуклюжий, не знающий даже простейших Криков. Но я видел и другое — как принц знаний заглядывается на новую игрушку. Как Хермеус Мора незримо толкает его по тропе, которую сам когда-то протоптал я. Мой путь. Мой. И осознание того, что меня собираются заменить, было горьким, как полынь.

Но сидеть сложа руки я не мог.

Я вновь ушёл в книги. Впитывал знания, собирал их по крупицам, словно жаждущий воду в пустыне. Я искал способ уйти. Туда, где меня не достанут даже даэдра. Я строил планы внутри планов, обманы внутри обманов. Я начал возводить храмы с помощью местных жителей — они стали марионетками в моих руках, послушными, глупыми, идеальными. Храмы были пустышкой. Просто отвлекающим манёвром, чтобы принц знаний смотрел туда, куда я хочу, а не туда, куда нужно.

Теория гласила, что с помощью этих храмов можно вернуться в Тамриэль. Но мне нужно было другое. Мне нужно было отвлечь его от настоящего ритуала. Ритуала освобождения.

Я призвал последнего Драконорождённого. Я знал, что он придёт. Знал, что будет бой. Знал, что в самый разгар битвы, когда принц знаний будет следить за своей новой игрушкой, я смогу сделать то, что задумал.

И я сделал.

Хермеус Мора убил мою плоть. Но он не убил меня. Он разорвал наш договор, сам того не желая. Цепи пали. Я был свободен.

Свободен.

Сейчас меня ждёт новый мир. Там, под другими звёздами, течёт иная магия, и в небесах летают драконы. Я чувствую его. Я слышу его зов. Он называется... Азерот.

Я приду туда. Я буду свободен. Никто не свяжет меня цепями. Никто не запрет в клетке из знаний. Я — Мирак. Первый Драконорождённый. И я возьму то, что принадлежит мне по праву. Весь мир. Все драконы. Всю власть.

И никто — никто — не встанет на моём пути.