"Я зарабатываю на чужой доверчивости. Но даже у меня есть совесть"

Это был уже вечер, и мой взгляд постоянно нетерпеливо скользил к часам. Когда она зашла, в комнате будто стало неуютно: чуть-чуть похожая на маму женщина с черными волосами в мешковатых вещах, она вряд ли даже расчесывалась этим утром. Она положила на стол плату сразу, проигнорировав мое приветствие, и тяжело опустилась на стул, тихо обронив:

– Ох, простите, добрый вечер.

Даже оханье ее звучало безэмоционально.

– Какой у вас вопрос? Вы сможете задать уточняющие, это включено, но если разные темы, считаем как два сеанса, – сразу предупредила я.

– Сын мой вернется? – спросила она тихо, тут же качнув головой. – Нет. Где он? Он жив? Или… Нет. Как мне найти его?

Я оторопела. Я не слишком верила в эмпатию и огромную силу магии, но разве есть люди, которые ни разу не плакали от чужого горя, а в отражении не видели картины других времен? Я хотела спросить ее, что случилось, но руки уже автоматически тасовали карты. Я по привычке прокрутила верхнюю половину, и смешала еще раз, тут же выкладывая три.

Передо мной лежали перевернутый дурак, смерть и пятерка мечей. Мое любимое таро – колода Светлого провидца – была довольно яркой, и это выиграло мне пару секунд на толкование. Женщина прижала руку ко рту и зарыдала, поднимаясь.

Бросив взгляд на расклад еще раз, я инстинктивно дернулась к ней, хватая за ледяные пальцы. На улице холодно было, конечно, но она по температуре была как качественно остывший труп.

– Нет-нет! – воскликнула я. – Он жив. 

Я умею говорить людям то, что они хотят услышать. На ярмарке это работает идеально. Но однажды напротив садится женщина с вопросом, на который нельзя “нафантазировать” ответ. Пропал сын. Два дня. И карты падают так, что даже мне становится не по себе.

Читайте продолжение в книге "Шарлатанка. Право на магию". Магическая академия + городское фэнтези.