Подсолнухи. Лена

Семестр закончился, сессию сдали, и у нас, студентов, началась производственная практика. Меня, и еще пару ребят с параллельной группы направили на завод, в цех, ремонтирующий те самые электрические машины, которые упоминались в названии нашей профессии. 

Делать по специальности мы ничего не умели. В цехе об этом прекрасно знали, не первый год студенты проходили практику, и подходить к электрическим машинам категорически запрещали.  

Подмели полы и выкинули мусор, мы в самый первый день работы на заводе, забор покрасили на следующий, а больше поручить нам было нечего. Однажды умер пенсионер, бывший работник цеха, и мы ездили копать могилу. Чем еще можно занять бестолковых практикантов, никто не знал.

Несмотря на то что делать студентам нечего, являться на работу мы должны были вовремя. Однажды я, правда, опоздал, но опоздал удачно. Я познакомился с красивой молодой женщиной из соседнего цеха. Столкнулись мы с ней около дыры в бетонном заборе, куда лезли те, кто не хотел светиться на проходной как нарушитель трудовой дисциплины.

О прорехе в заборе завода мне еще в институте рассказали пацаны из Ванькиной группы, которые проходили практику год назад. Я бегал вдоль забора в поисках подпольной проходной, пока не нашел подозрительную тропинку, уходящую в замусоренные кусты. Пройдя несколько шагов по тропинке, я увидел искомую дыру и молодую женщину, которая как раз собиралась лезть в нее.

Дыра располагалась низко, у самой земли, и пролезть в нее можно было, только встав на колени. Для удобства кто-то заботливо подложил картонку, по которой нарушители трудовой дисциплины в позе догги-стайл проникали на территорию завода. 

Девушка, по моде того времени, одетая в мини-юбку, стояла на четвереньках перед дырой и удивленно оглянулась, когда я, натужно дыша от метаний вдоль забора, ввалился в кусты. Она оценивающе посмотрела на меня, кажется, догадалась, что я такой же нарушитель, и попросила не смотреть, как заходит на работу.

– Что я там не видел, – важно ответил я, успокаивая дыхание.

– Ой! Какие мы взрослые! – Засмеялась девушка. – Всё равно отвернись.

В следующий раз, в понедельник, я снова встретил эту девушку. В честь прошедших выходных перед дырой в заборе образовалась небольшая пробка из страждущих поработать. Мы с Леной, так ее звали, разговорились, пока ждали свою очередь на коленях заползти на работу, и после этого начали общаться постоянно.

Высокая, почти с меня ростом, симпатичная брюнетка со спортивной фигуркой, Лена всегда надевала очень короткие платья, которые показывали всем окружающим её длинные, красивые ноги. При порывах ветра окружающие моли увидеть не только ноги, но Лену это вообще не волновало. Абсолютно лишенная комплексов и точно знающая, чего она хочет, Лена привыкла к восхищенным взглядам мужчин.

Раньше целью Лены были успехи в спорте. Она с младших классов занималась волейболом, но по какой-то причине ушла из спорта. Почему бросила волейбол, Лена мне не говорила, но зато я знал, что теперь главная ее цель – выйти замуж. В роли потенциального мужа она, конечно, меня не рассматривала. Лена относилась ко мне как к подружке, которой можно доверить все секреты. Ну и немного как к мужчине.

Когда мы находили свободный уголок на заводе и оставались наедине, Лена сначала сюсюкалась со мной. Тормошила меня, как любимую игрушку, и только потом, наигравшись, прижимала меня, уже немного поплывшего от тисканий, к себе и заставляла всё делать так, как ей нравится. Секс Лене требовался каждый день, и меня все время подмывало спросить, как она раньше, до нашего знакомства, решала этот вопрос.

Ведь получается, до того как я любовался трусиками Лены, пролезающей в дыру в заборе при нашей первой встрече, кто-то другой закрывал эту потребность? Или я что-то не понимаю в женщинах?

Изучение Лены стало главным предметом в моей производственной практике. Мы с ней каждый день встречались на автобусной остановке и вместе шли на работу. На проходную – когда приходили вовремя, или бежали к дыре, если опаздывали.

Иногда мы приезжали вовремя, но все равно опаздывали на проходную. Это случалось, если Лене ежедневную долю секса требовалось получить непременно утром, а не в рабочее время или в обед.

После работы мы с Ленкой никогда не встречались. Зачем? Всё, что нужно, мы и так получали друг от друга во время дневных встреч. Это Лена так сказала, когда я пригласил ее в кино. Она, наверно, стеснялась, что ее увидят с молоденьким мальчиком. Ну или скрывала от кого-то наше знакомство.

Зато в рабочее время Лена общалась с удовольствием и всегда находила место для встреч. В пустующем красном уголке или на складе с непонятными ящиками мы успевали и потискаться и поболтать.

Лена работала в цехе уже несколько месяцев и приглядела молодого, перспективного инженера. Она планировала выйти за него замуж и сразу уйти в декрет. Глядя на то, как уверенно она берет в свои руки контроль в любой ситуации, я знал, что у Лены все получится. С ее упорством и находчивостью она обязательно достигнет поставленной цели. Инженер, на которого положила глаз Лена, просто обречен на счастье, и уже почти стал папой, просто он еще не знает, как ему повезло с будущей женой.

Именно такие женщины, как моя новая знакомая, в большинстве случаев, стоят за успешными мужчинами. Они вдохновляют мужа на трудовые подвиги, помогают справиться с трудностям и не боятся принимать решения. Они с гордостью стоят рядом с супругом на торжестве в честь вручения ему государственной награды. Именно они, прожив долгую достойную жизнь, сидят во главе стола на золотой свадьбе, окруженные любящими детьми и внуками.

Через два месяца ежедневных встреч, ну кроме выходных, Лена ушла в отпуск и уехала куда-то со своим инженером, счастливым от взаимной любви. Я не обиделся на женское коварство, но слово «скучно» открыло для меня новые грани. 

За время практики студенты ничему не научились. Поручить нам, что-то делать по специальности наставники по-прежнему опасались. Мало ли куда практикант воткнет провода и что после этого будет.

Если студент спалит электрическую машину, то ему за это ничего не будет, а наставника, как минимум, лишат премии. Но сидеть бесцельно в рабочее время практикантам тоже не полагалось, и поэтому студенты стояли и смотрели, как работают мастера. Требовалось, чтобы студент с умным видом изображал, что понимает процесс ремонта электрической машины, иногда подавал отвертку и бегал за сигаретами.

Тот, кто придумал пословицу, что можно бесконечно смотреть, как горит огонь, течет вода и работают другие люди, явно не проходил производственную практику. Устаешь от постоянного безделья гораздо больше, чем от работы.