Глупые сказки.

Тот, кто не раз ломал крыло, падал в пропасть и прыгал, не спрашивая раскроются ли крылья за спиной.
Он лежал на дне, сплевывал кровь. Отчаянно смотрел в небо. В клич диких птиц, в яркое небо и лучи солнца.
Они не для него.
Мир продолжается без него.

Он выжил. Еще одна мини-смерть в форме личной трагедии.
Ветер залатал прорехи на старых брюках и рубахе, собаки издергали сумку.
Шляпа скрывала тайну. Он снова шел. Танцевать над пропастью, сшивая миры и сказки.
Снова и снова.

И вот он встал и пошел. Улыбаясь отчаянной улыбкой миру. Танцуя так, что никогда никто не поймет, сколько раз пришлось прижимать руки к груди, чувствуя лишь дыру, словно кто-то провернул грудную клетку в фарш.  Не разбитое сердце. Вынесенное без остатка суровой рукой.  " Где?" - безвольно спрашивают руки, прижимаясь туда, где должно быть нечто важное, бьющееся, пульсирующее.
Выжить. Встать и выжить.

И вот снова номер.
Привычные руки ткут реальность, рассказывают сказания и легенды. Над пропастью оживают огненные цветы и драконы, ледяные пики гор, золотые замки у мрачной воды, жар-птицы, големы, лисы, волки, коты, путешествия на ковре -самолете. Последний виток, последний узелок истории. Рукоплещут зрители.

И тут нога уезжает. Скатывается с каната. Сказитель запинается.
Пытается удержать равновесие. Шляпа падает, показывая длинные рыжие волосы."Это девушка" - восклицают люди.
Равновесие удержать не удалось. Отправляя последний яркий цветок в полет, она летит в пропасть.

Пролетает ястреб в небе. Она смотрит на этот полет. Небо не для нее. Мир не для нее.
Она за чертой. Может больше не нужно возвращаться?
Но сказка останется жить посеянным цветком из красного и рыжего огня. Напоминая миру, что через отчаяние тоже прорастает чудо.

Илэри.