Мифология наивной лингвистики

Думаю, что каждый из нас хоть рас сталкивался с так называемой наивной лингвистикой. Это когда основываясь на случайном совпадении звучания слов в языках (зачастую сравнивая современный язык и какой-то древний, при этом не понимая, как вообще происходит эволюция слов и звуков за тысячелетия) делают какие-то глубокие выводы. Ну или начитавшись во всяких живых журналах и я-дзенах рассуждений дилетантов, основанных на чужих ошибках, начинают доказывать от "непознаваемости наукой" до версий о "сознательном вранье учёных". 

Сам сталкнулся недавно, когда меня пытались убедить, что учёные скрывают тайну происхождения русских, не обращая внимание, что в России  есть всякие топонимы типа "Шива" и "раджа".

И вот в качестве примера научной иллюстрации к данным явлениям приведу двве интересне статьи от профессионального филолога.

**

Сколько всё-таки названий видов снега у эскимосов?

Обычно слухи о каком-то невероятном количестве слов, означающих снег в эскимосском языке, рано или поздно доходят примерно до каждого.

Интерес к экзотическим северным людям, которые видят мир иначе чем мы, конечно, понятен, но, к сожалению, в этом случае мы имеем дело с глобальным заблуждением. И, хотя оно никак не влияет на частную жизнь кого бы то ни было, давайте развеем туман вокруг этого вопроса.

Изначально никто не утверждал, что слов для снега у эскимосов больше среднего по планете, а байка разошлась по принципу какого-то очень испорченного и очень преувеличивающего телефона. Исходник в данном случае - это работа Боаса, в которой он в 1911 году написал, что как английский язык использует отдельные слова для разных проявлений воды (роса, волна, ручей, дождь, лужа и так далее), так эскимосы используют отдельные слова для разных проявлений снега, например:

️ aput (снег, лежащий на земле)

️ qana (падающий снег)

️ piqsirpoq (метель)

️ qimuqsuq (сугроб)

Всё, четыре слова. И приведены они как пример того, что в английском в выражении всех четырёх понятий участвует слово "снег" ("snow"), а в эскимосском это отдельные слова.

И ничего бы дальше не случилось с этой информацией, если бы в 1940 году Уорф не использовал её в своём труде, где заявил, что эскимосский мозг не знает, что такое "снег" в общем, он может воспринимать его только в виде отдельных состояний. Дескать, если снег лежит, это одно, а если падает - совсем другое, и для эскимоса эти вещи никак не связаны. Это следует из эскимосского языка, писал Уорф. И, цитируя Боаса, добавлял то, чего не было у Боаса: мокрый снег, твёрдый слежавшийся снег, а потом ещё добавил волшебное, открывающее невероятные безграничные лингвистические горизонты выражение "и так далее".

А потом начали цитировать уже Уорфа. Кто-то одобрял, кто-то осуждал, говоря, что и в других языках есть отдельные слова для всего этого, например, английские "slush" ("слякоть, мокрый снег"), "sleet" ("дождь со снегом"), "blizzard" ("метель"). Вместе со словом "snow" для английского уже набрались ровно те самые четыре слова, которые как и в эскимосском, образованы от разных корней. Я уж не говорю про русский, где помимо "снега" точно так же есть "сугроб", "метель", "позёмка", "вьюга", "пурга", "пороша". Однако стали появляться статьи и книги, где люди упоминали "множество эскимосских слов для обозначения снега", видимо, не утруждая себя проверкой. Кто-то начал писать конкретные цифры, и тогда слов стало девять, сорок восемь, а потом сто и даже двести.

На самом деле, конечно, отдельных корней, связанных со снегом, в эскимосско-алеутских языках не двести, не сто и даже не девять, а три: *qaniɣ ("падающий снег"), *aniɣu ("упавший снег") и *apun ("снег на земле"). А уже от них можно образовывать достаточно большое количество слов, но лишь потому что эти языки относятся к полисинтетическим. То есть там, где для нас будет выстроено целое предложение, например "снег сегодня падает прямо в лицо крупными хлопьями", эскимос сделает что-то вроде "сегодня снеголицекрупнохлопьепад". Это грамматика, а не лексика, несмотря на то, что такие конструкции могут казаться отдельными словами. На самом деле они порождаются в процессе речи, как наши предложения, а не существуют в языке как устойчивые единицы. Отдельных слов действительно очень мало, как и написал изначально Боас.

️ более подробная история вопроса: статья на английском (https://dzen.ru/away?to=https%3A%2F%2Fwww.lel.ed.ac.uk%2F~gpullum%2FEskimoHoax.pdf)
**

Немного о железе

Родственны ли иранское "ohan" ("железо") и английское "iron" ("железо")?

Начнём с более знакомого - с английского. Слово "iron" прошло определённый путь к современному виду: несколько веков назад выглядело как "iren", ещё раньше, в древнеанглийском, существовало в нескольких вариантах - "īsern", "īsærn", "īren" и "īsen" (прямо видно, как шли и конкурировали фонетические процессы). Исходная форма для западногерманских языков восстанавливается как *īsarn, а для всех германских - *īsarną.

И вот это общегерманское протослово было заимствовано у протокельтов, у которых восстанавливается форма *īsarnom. Которая, вероятно, хотя и не стопроцентно, идёт от праиндоевропейского корня *h₁ésh₂r̥ с семантикой крови. От него идут, например, хеттское 𒂊𒌍𒄯 [e-eš-ḫar] ("кровь") и латинское "sanguīs" (то же) - через *h₁sh₂n̥-gʷ⁽ʰ⁾-ḗn.

Если вы сейчас мысленно попытались это произнести, и у вас не получилось - это нормально, так и должно быть.

У праиндоиранцев из этого получилось *HásHr̥, откуда, например, санскритское असृज् [ásṛj] ("кровь"). В древнеперсидском тоже ещё сохранялся этот корень, в виде "ar-", но до современных иранских языков не дошёл.

️️️

Теперь к иранскому железу. Таджикское слово "оҳан", как и персидское آهن [āhan] идут от восстановленного праиранского *Hácwā (в родительном падеже *Hcunáh). В праиндоиранском восстанавливаются, соответственно, *Háćwanā и *Hćunás, а в праиндоевропейском - *Héḱwō и *Hḱunés.

И дальше тоже нет полной уверенности, но это слово может быть родственно праиндоевропейскому *h₂éḱmō, откуда наш "камень", а также английское "hammer" ("молоток").

Итого: ни насчёт иранского, ни насчёт английского железа нет стопроцентной уверенности в этимологии, но существующие версии не делают их родственниками, несмотря на схожесть в современном произношении.