проверка текста на ИИшность

не секрет что сейчас школьники делая домашнее задание просто генерируют ответы нейросетях, раньше списывали с сайтов типа ГДЗ, но там частенько попадались ошибки и бедолагам приходилось проверять на разный сайтах невольно читая ответы, что приводило к страшному - в их мозги просачивались крохи знаний.

теперь они могут просто генерировать тексты домашних заданий вообще не парясь о том, что там написано. в школе учителя говорят, что у них есть механизм проверки текста на ИИшность и они ого-го и еге-гей сразу выведут на чистую воду таких "писак"... в общем сын-подросток от всех этих страшилок лишь беспечно отмахивается, потому что:

во-первых, трудно представить себе, что учитель будет перепечатывать кривые каракули школьника для проверки через интернет, а во-вторых, пользовать будут различные бесплатные версии детекторов. 

заспорили с сыном. он при мне за минуту сгенерировал текст рассказа "в стиле писателя Николая Марчук" ( мы с ним тезки) и полученный текст загнали в первые три детектора, которые выдал поисковик.

вот результаты:

а вот и сам текст:

Ветер завывал сквозь руины московских домов, неся с собой пыль, запах гнили и разложений. Радиация давно превратила некогда величественный город в склеп для мертвецов. Те, кто выжил после Великой Чумы, теперь дрались за каждый глоток воды, за каждый кусок ржавой консервной банки. Мир сдох, как сказал бы старый Саныч, и теперь здесь правят волки в человеческом обличье и твари в животном.

Алексей, бывший сержант спецназа, прижался к обвалившейся стене высотки на Тверской. В руках — потрепанный АК-74, патроны на исходе. Он знал: в этом секторе бродят "волкодавы" — банда мародеров, мутировавших от радиации. Их кожа покрыта язвами, глаза светятся в темноте, как у зверей. Они жрут все, что движется, и не брезгуют человечиной, наоборот весьма и весьма её любят.

- Чертова зона, — пробормотал Алексей, поправляя респиратор.

 Чума пришла внезапно, в 2022-м. Вирус, слитый из какой-то лаборатории, мутировал под влиянием ядерных ударов. Полмира сгорело в огне, остальное — в лихорадке. Он потерял жену и сына в первые дни. Теперь выживает один, скитаясь от бункера к бункеру, торгуя навыками наемника.

Шорох в развалинах. Алексей замер. Из тени вынырнула фигура — худой парень в рваном камуфляже, с самодельным арбалетом. 

- Стой, кто такой? — рявкнул Алексей, целясь.

Парень поднял руки. 

- Я — Витька. Из поселка у Кремля. Ищу еду. Волкодавы сожрали нашу группу вчера. Только я ушел.

Алексей прищурился. Врать в этом мире — значит умирать быстро. Но в глазах пацана была правда, та самая, что он видел в зеркале каждое утро. 

- Ладно, иди со мной. Но если предашь — пулю в лоб.

Они двинулись сквозь лабиринт обрушенных зданий. Небо над Москвой было серым, как пепел, а в воздухе витал металлический привкус крови. Вдруг — рык. Из подвала вырвалась стая: пятеро волкодавов, с клыками, торчащими из деформированных челюстей. Один, вожак, размером с медведя, нес в лапах обрез. 

- Огонь! — заорал Алексей, выпуская очередь.

 Патроны рвали плоть, но мутанты не падали сразу — радиация сделала их крепче. Витька выстрелил из арбалета, пронзив шею одному. Кровь брызнула черной жижей.

Бой был коротким и яростным. Двое волкодавов повисли на Алексее, царапая броню. Он вонзил нож в глаз ближайшему, отшвырнул тело. Витька орал, отбиваясь от третьего. Последний патрон ушел в вожака — тот рухнул, хрипя.

Тишина. Только ветер… 

Алексей осмотрел раны — царапины, но инфекция могла убить быстрее пули. 

- Жив? — спросил он Витьку.

- Да... Спасибо. Что дальше?

Алексей глянул на горизонт, где маячили силуэты Кремля. 

- Идем в поселок. Там, говорят, есть чистая вода. И люди, которые еще не сошли с ума.

Они шли, плечом к плечу, в мире, где доверие — роскошь. Но в постапокалипсисе выживают не сильные, а те, кто помнит, зачем жить. А жить стоило — ради мести, ради надежды, ради того, чтобы не дать миру окончательно сдохнуть.