Красного знамени всем к Первомаю

Знаете ли вы, что маленький Ленин страшно любил читать Фенимора Купера?

А у того есть книга про пирата, который плавал под красным флагом, "Красный корсар" называется.

В общем, из всякого сора растут не только стихи - но и многие символы собираются по кусочкам из чего попало.

Так и в нашем эпическом фэнтези: вот отрывок про знамя, которое родилось из платка одной молодой особы и много чего ещё:

  Наконец, суматоха стихла, и Рэнди спросил:

 - Хорошо, но где наше знамя?

 Только тогда все заметили, что остальные две женщины молча стоят в сторонке рядом с бдительным Хлаем, готовым оградить от лишнего внимания закутанную в яркий платок цыганку. Лина, в своём обычном монастырском наряде, словно младенца прижимала к груди объёмный свёрток.

 И тогда златошвейка сделала пару шагов вперёд, а подскочившая тут же дикарка помогла ей распеленать и растянуть на руках ослепительной, царственной красоты полотнище. Знамя задышало, как парус, бросило алый отсвет на лица ошеломлённых людей и заиграло в рассветном солнце множеством искр на золотом шитье.

 Непобедимая армия, собранная по крохам из всяческих отщепенцев, оцепенело и молча взирала на чудо.

- Как такое возможно?- первым заговорил Сом, и язык словно не слушался великана, а слова застревали в пересохшем горле, - это ведь колдовство? Это ваша лягушка, дочь морского царя сотворила за ночь дивное диво?

- Нет, - сказал Сет, хоть она молодчина, конечно. Но Господь нам послал на счастье настоящего мастера.

 Может, послал и Господь – да только привёл к нему вечером Лину Реус, практически под конвоем. И то верно - не дело дамам бродить в одиночку по военному лагерю. Но зайти провожатого Сет не позвал, закрыл перед носом дверь.

- На тебя вся надежда, сестра, - сказал  тогда Сет, - на твои золотые руки. Нам нужны эти переговоры и этот союз.

 Женщина кротко выслушала его, а потом кивнула:

- Государь, я сделаю, что могу. Но где взять шёлк на шёлковое знамя?

 И тогда Сет достал из бедняцкой холщовой сумки кусок дорогого восточного шёлка, который долго служил платком одной оборванке. Взмахнул перед Лииной, чтобы расправить струящихся по ткани драконов и каскады крутых завитков – то ли волн, то ли облаков.

- Магаридский, должно быть. Пусть будет знамя со Змеем, куда деваться. Нам нужно, чтоб маленький лев заглотил наживку – а эта прям то, что надо.

 Обычно невозмутимая, Лина всплеснула руками над тканью:

- Господи милосердный! Какой там магаридский! У них эти гады помельче и собираются в сетку. Тут же зверюга считай что на весь кусок!

- То, что нужно для флага?

- Посмотрим, - златошвейка явно уже прикидывала в уме все расклады, - думаю, этот отрез родом из царства Сиянь. Страшная редкость. Как он у вас оказался?

- Мне подарили. Но для большого знамени этого будет мало. Вот одежда из Дома Огня, вот куски красной шерсти – можно из этого что-то собрать?

- Можно, - твёрдо ответила златошвейка, - только надо ваш шёлк посадить на другую ткань, он протёрся на сгибах, может под лишним весом и поползти. Выбирайте, где будет лицо, господин, там, где светлый дракон, или где чёрно-красный.

- Там, где светлый, - сразу ответил Сет, - пусть останется золотой.

- Хорошо.

 Тут Лина впервые посмотрела Сету прямо в глаза – и он тоже впервые взглянул в её уставшее, неюное лицо с отпечатком не слишком счастливой жизни.

 А ведь она чего-то ждёт от него, какого-то знака.

 Потом, не дождавшись, собирает в стопку материю, оборачивает подобранной с лавки ветошкой и выходит.

 Но возвращается снова.

 Запирает дверь на засов, кладёт свой свёрток на лавку и молча стоит перед еретиком, собираясь с духом что-то сказать.

  Не найдя нужных слов, молча приподнимает край своего монастырского одеяния.

 Вот уж кто совсем не похож на женщину, способную просто задрать юбку перед мужчиной – однако именно это она и делала, чем нимало озадачила Истинного Императора. Однако демонстрировать Лина собиралась не наготу – Сет увидел, как под грубой тканью её подола замерцало в неверном ночном свете золотое шитьё, качнулась тяжёлая бахрома.

 - Плат святого Федрода, - внезапно понял он, - я не знал, что он при тебе.

- Не смогла с ним расстаться. Покрывало для усыпальницы – моя лучшая в жизни работа. Хорошо, что Реус не ведает, что мне служит исподним. Но вот если пущу вам на знамя половину отделки – непременно увидят все. Я думаю про кайму – выйдет как раз по размеру. Только вы уж не дайте меня прибить. Ваш начальник обоза бывает весьма несдержан.

Тут Сет понял, насколько близко к сердцу приняла златошвейка его заказ.

 И за знамя теперь был спокоен.

Всё не просто вышло как надо – лучше, чем приходилось надеяться даже в самых смелых мечтах.

Надо, кстати, сказать нашему дизайнеру, чтобы картинку по случаю праздника сегодня раскрасила)