Носочки

Алена долго пыталась сдвинуть тугую входную дверь подъезда. Наконец ей удалось прижаться к ней спиной, толкнуть попой и дверь отворилась. Алена, пятясь спиной вперед, и упираясь плечом в норовившую закрыться дверь, вытянула за собой коляску, развернулась и неторопливо пошла к дворовой детской площадке.

Площадка представляла собой невесть что: деревянная, потрепанная горка и ржавая, покосившаяся круговая карусель. Алена села на лавочку, покосилась на пустые пивные бутылки, стоявшие на и под лавочкой и принялась расстегивать привязной ремень у сидевшего в коляске малыша лет трех

- Так, - сказала она, - Артемка, иди погуляй, а потом мы в магазин пойдем.

Малыш закивал и радостно утопал на горку.

Алена некоторое время сидела, копаясь в телефоне, как послышался молодой, женский голос:

- Аленка, привет!

- О, привет, - Алена смотрела на стоящую перед ней девушку, мучительно вспоминая её имя. - Привет, Кать, - сказала она, после небольшой паузы. - Садись, - она подвинулась на скамейке, отчего пара пустых бутылок упали на землю, и похлопала по освободившемуся месту. - Давно вас видно не было. - Она кивнула на девочку, одногодку ее сына, катающуюся на карусели.

- Да, приболели немного! - махнула рукой Катя, - а до этого уезжали.

- Ааа, куда?

- В Москву, к брату. Давно его не видели, да и Женечке город показала.

- Как там Москва? Там площадки, конечно, не такие как у нас.

- Ну да, конечно. А там, наверное, в поезде на обратном пути Женечку продуло. И вот дома сидели.

- Хорошо, что вышли.

- Да, - Катя осеклась, глядя на столб черного дыма вдалеке на горизонте. - Думаем выйти подышать воздухом, пока до нас не дошло, - медленно проговорила она.

- Да не дойдет, не переживай, - неуверенно сказала Алена.