Это просто музыка навеяла 18+

— Ваше Высочество, весело было притворяться ничего не знающим?! Я вас позабавила?

— Не горячись. Даже не дала мне возможности спросить, как ты себя чувствуешь…

— Прекращайте! — почти выкрикнула она ему в лицо. — Думаете, я поверю, что для таких, как вы, есть дело до их игрушек?!

— Таких как я? Каким бы ни было твоё истинное имя, это же не меняет того факта, что я принц этой страны?

— Давите своим положением? Что и следовало доказать, — сквозь зубы прошипела она.

— Я понимаю, ты злишься.

— Злюсь? — она вскочила на ноги, и слава Богине, в этот раз тело не подвело её: — Я в бешенстве! Было забавно трахать меня? Интересно сравнить, кто из нас двоих лучше в постели? Или вам так понравилось, раз просите меня и дальше притворяться ею. А Флореаль в курсе, что вы спали со мной? — глаза резко защипало, будто в них что-то попало.

Нет уж, расплакаться сейчас было бы крайне унизительно.

— Где моё платье? — она оглянулась, в глазах всё расплывалось, никакой чёткости. — Плевать! Уйду так. Я не леди, мне терять нечего, — она направилась к двери.

Не успела сделать и несколько шагов, как её крепко обняли сзади:

— Если скажу, что мне очень и очень жаль, что так получилось, ты успокоишься?

— Нет, — почему-то это прозвучало до отвращения жалко. — Вы лжёте! Такие как вы всегда врут. Если в вас осталось хоть что-то хорошее, прошу, оставьте меня в покое.

— Прости, но я всё равно не могу тебя сейчас отпустить. Ты должна ещё немного побыть Флореаль.

При этих словах Сорчу окатило горячей волной, а глаза затмила красная пелена. Она принялась вырываться из его рук, и каким-то необъяснимым образом ей удалось выкрутиться, и прежде чем она осознала, рука сама собой поднялась и влепила Ла Кембеллу звонкую пощёчину:

— Отстань! — прокричала она. — Мне нет дела что и с кем вы делаете, но не смейте меня трогать!

И тут до неё дошло. Возможно, этому способствовал непривычно замерший герцог Ла Кембелл, на щеке которого красовался розоватый отпечаток её пятерни. Она сглотнула. Что на неё нашло? Она ударила наследного принца. За такое можно не только руки лишиться, но и жизни. Он же уже напоминал ей о том, кто из них, кто…

С самой первой встречи, он ни разу на неё так не смотрел. Столь обжигающе холодно и отстранённо. Его глаза сейчас походили на два застывших осколка льда. В один момент он стал безумно пугающим.

— Эт-это… — пробормотала она. — Ваше Высочество, я случайно…

— Помогло? — сухо спросил он. Она промолчала. — Вернись в кровать, я тебя осмотрю.

Она сдалась, но всё-таки не удержалась и заметила:

— Как тогда с осами? Вы умышленно меня соблазнили?

— Нет.

Она села на край кровати. Он подошёл к ней:

— Я напоил тебя святой водой и сделал повязку одного чудодейственного средства из Королевского хранилища, что лечит ушибы.

До этого Сорча даже не осознавала, что у неё перебинтована голова. А он не жалеет тратить на неё столь дорогущие и редкие лекарств. Конечно, никому не нужна поломанная игрушка. Сняв повязку Ла Кембелл заключил:

— Слава Богине, всё хорошо.

Как посмотреть, подумала Сорча, а вслух произнесла:

— Мы с ней, правда, очень похожи?

— Внешне вы практически одинаковые, — согласился он.

— Ну и кто из нас лучше?

Ла Кембелл тяжело вздохнул:

— Я никогда не спал с Флореаль, только с тобой.

— Потому, что могли себе это позволить?

— Не мог устоять перед тобой.

— Сомнительный комплимент.

— Это не комплимент, — он улыбнулся и притронулся к её щеке: — Отдохни ещё немного, а я пока распоряжусь подать обед.

Сорча задумчиво посмотрела вслед уходящему наследнику престола, понимая, что он так и не ответил на её вопрос зачем. По неясным причинам Ла Кембелл был добр и заботлив, но откровенничать с ней явно не собирался. Но больше всего во всём происходящем она не понимала себя. Она чувствовала себя потерянной и растерянной, не в силах объяснить свою недавнюю вспышку эмоций.

— Это всё ушибленная голова, — прошептала она, пытаясь найти хоть какое-то оправдание своему поведению. Но в глубине души знала, что это лишь отговорка, не способная объяснить ту бурю чувств, которая бушевала внутри неё.

Если в этом театре от неё ожидают, что она и впредь будет исполнять роль Флореаль, то не стоило ли запросить соответствующую оплату? Хотя немного смущало, что её не ознакомили с пьесой. Она чуть улыбнулась, уловив привычный для неё поток мыслей.

Прислуга в имении герцога была крайне исполнительной потому, что он довольно скоро вернулся, держа в руках огромный поднос, заставленный множеством блюд, что источали аппетитные запахи. Желудок непроизвольно заурчал. А ведь она даже не предполагала, что настолько голодна. Быстро окинув поднос взглядом, выхватила из общей картины фазана с золотистой корочкой, горку варёного картофеля, украшенного зеленью, серебряную супницу по центру, из которой поднимался пар и доносился аромат наваристого бульона, сочные мясные рулеты и пышные блины. Но истинным украшением были десерты: шоколадные пирожные, нежные эклеры и воздушные безе. Поднос был выполнен из серебра, украшен изящными узорами и орнаментом, и имел ножки.

— Лучше поесть, чем не есть, — улыбнулся герцог Ла Кембелл.

— Именно! — подтвердила она, выкручивая ножку фазана. — Вы тоже присоединяйтесь, не стесняйтесь. Обсудим детали нашего договора?

— Договора? — сидя с краю кровати напротив неё, он протянул руку за шоколадным пирожным.

Сладкоежка, зачем-то отметила она про себя, а вслух уточнила:

— Если вам нужно, чтобы я продолжала играть роль Флореаль, тогда придётся платить. Каждый день обойдётся в пять тысяч золотых.

— Хорошо, — легко согласился он.

Проклятые богачи, едва не сорвалось с её губ.

— Хотелось бы узнать некоторые детали, чтобы не оставаться в неведенье, — деловито заявила она. — Так почему бы Флореаль не быть самой собой?

— Всех подробностей тебе лучше не знать, просто поверь мне. Причин несколько, одна из них заключена в том, что Флореаль могут похитить в самом ближайшем времени.

— Значит, я должна позволить этому случиться?

— Вовсе нет. Просто доверься мне, я позабочусь о том, чтобы с тобой ничего не произошло.

— Вы следите за мной?

— Присматриваю в целях безопасности.

— Так вот почему вы появились почти сразу же, когда меня заперли в сарае?

— Признаюсь, был немного удивлён, что ты не дала отпор.

Она откинулась на подушки, удивлённая его ожиданиями:

— Я просто предположила поведение Флореаль, исходя из того, что мне известно о ней.

— Это ещё одна причина. Ты совсем на неё не похожа.

— Ещё недавно вы говорили, что мы одинаковые.

— Только внешне. Ты самостоятельная, решительная, смелая, временами чересчур дерзкая. Ты совсем другая. И это точно не сомнительный комплимент, — он встал и направился к креслу находу расстёгивая камзол, который там и бросил, затем упал на сидушку и принялся стягивать ботфорты.

Сорча бездумно жевала мясной рулетик, закусывая пирожком, и наблюдала за Ла Кембеллом. Он так и не дал внятного объяснения, и что-то подсказывало ей, что вопрос о том, кто хочет похитить Флореаль, тоже останется без ответа. Его странное поведение по отношению к ней, полная откровенность в личных вопросах и такая скрытность в обсуждении сложившейся ситуации вызывали у неё смешанные чувства. Доверяла ли она ему? Удивительно, но в большинстве своём она склонялась к положительному ответу. Он всё-таки рисковал собой, спасая её, разве нет? Оставил без внимания её рукоприкладство. И ей до сих пор было комфортно в его обществе. Когда Ларион оказался без рубашки, она словно очнулась:

— Зачем вы раздеваетесь?

— А что, ты имеешь что-то против очаровательного и обнажённого блондина? — сверкнул улыбкой Ла Кембелл.

— Я не собираюсь с вами спать, — она судорожно оглянулась в поисках отходного пути, но на её коленях стоял огромный поднос с едой, выбраться из-под которого без посторонней помощи можно, только рискуя его перевернуть.

— Отчего же? — он направился к ней. — Тебе же нравилось так же, как и мне.

— Я ударилась головой и это может быть вредно.

— Ерунда, — он ухватился за ручки подноса: — Ты в полном порядке, всего лишь небольшая шишка на лбу, — наклонился к ней и легко коснулся лба губами.

Она притронулась к тому месту, где ещё недавно были его губы:

— Я не согласна.

— Ничего страшного. Я собираюсь тебя соблазнить.

Только он поднял поднос, даруя ей свободу, Сорча откинула простыть и на четвереньках поползла на другой край широкой кровати, но была поймана на середине. Он навалился на неё сверху, а его горячее дыхание обожгло ухо:

— Я заставлю умолять войти в тебя.

Эти слова запустили горячую волну по её телу, и она едва не застонала, понимая, что не сможет долго сопротивляться, предательское тело жаждало его прикосновений. Сердце забилось быстрее, когда его руки медленно скользнули вниз по спине. Улучив момент, она предприняла попытку вырваться, но была тут же схвачена. Сорча успела лишь слегка приподняться, как он прижал её плечи к кровати, удерживая на месте. Его нога не давала коленям разогнуться, заставив её замереть в позе с поднятыми ягодицами.

— Если вы принц, то это не значит, что вам можно делать всё что вздумается! — она затрепыхалась пытаясь вырваться.

— Именно это и значит, — мягко рассмеялся он. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда я закончу с тобой.