Флэшмоб, прощай родина.

Флешмоб Евы Куклиной на тему прощания с родной землей: https://author.today/post/846975

Саша сидел на кровати в комнате Лены, а Лена лежала, положив голову на его колени и обратив на него своё лицо.

Саша рассматривал ее зелёные глаза, полуприкрытые длинными ресницами, изящный нос и губы.

– Саша, – Лена прикрыла глаза. – У тебя есть мечта?

Саша задумался и поправил воротничок рубашки.

– Не знаю, наверное, есть, – ответил он наконец, внимательно глядя на неё.

– И у нас с Лёшей была, – Лена еще сильнее зажмурила глаза. – Была одна мечта на двоих. Мы все откладывали, откладывали. Ну, думали, куда на съемную квартиру ребенка, если непонятно, что с доходом. Вот он и пошел. Хотел минимальный срок отслужить, чтобы первый взнос заплатить можно было, – она вздохнула. – И все мои мечты кончились.

Лена открыла глаза и поежилась 

– Что-то больно зябкий в этом году май, – сказала она, глубже запахиваясь в домашнюю тёплую кофту, закрывая ею белую майку, скрывавшую крепкую небольшую грудь. – Ну а теперь, надо новую мечту придумывать. На меня одну. Поеду, посмотрю, как люди живут, может, пойму чего.

– Очень жаль, что ты уезжаешь, – промямлил Саша.

– Да, Сань, мне тоже жаль, я бы очень не хотела терять вас, но, во-первых, это дело за дискредитацию и штраф, а во-вторых, по-моему, ещё одно будет. Так что поеду я от греха подальше. Да и развеяться, действительно надо.

Ты знаешь, я думала, с его родителями будет трудно расставаться, а Виктор Иванович, как сказал мне на похоронах, что гордится, что Лёша погиб, как патриот, и что жаль Тёмке еще только шестнадцать, а вот будь он постарше на пару годиков, то ушёл бы родину защищать и отомстил бы за брата.

– Я помню, тогда, как с катушек слетела, закричала: «Какую? Какую родину Вы собираетесь защищать своими сыновьями? Там, где средний класс, это те, что получает 17 тысяч? Где больницы и школы оптимизируют? Где мы не можем позволить себе жилье, ребенка? Где, если ты знаешь правильного человека, ты сам сможешь стать правильным человеком, особенно, если ты его сын, и тогда встаешь во главе своей самой правильной партии, которая гонит людей на убой, как баранов, а они этому только рады?». Он начал… – Лена махнула рукой. – Да ладно, что это я, в самом деле. 

В общем, их я оставляю с лёгким сердцем, а вот с Тёмкой буду контакт поддерживать. Может, как обоснуюсь, позову к себе, пусть приедет, займется чем-нибудь. Не в окопе же ему сидеть.

– Ты думаешь, что еще долго будет? – спросил Саша.

– Не знаю, – Лена потёрла лоб. – Я просто имела в виду, что его надо будет как-то из России вытащить поскорее. Пусть хоть мир посмотрит. Я тоже мало где была, а в Черногорию вообще в первый раз еду, но это же так интересно!

Саша понимающе покивал головой, рассматривая ямочки на щеках во время ее улыбки.

– А ты не хочешь поехать туда? – неожиданно спросила Лена. – Насовсем?

Саша удивленно моргнул.

– Я? Не знаю. Наверное, нет. То есть… Я, конечно, хотел бы, но ты же знаешь, маму оставить не на кого.

- Как там твоя мама, кстати?