В небе

... Им было хорошо вот так — лежать на спинах, чувствуя, как земля под лопатками хранит тепло дня, а, пахнущая донником и чем-то пряным трава щекочет затылки. Мир сузился для них до размера холмика, на котором они вдвоем затерялись в этом бескрайнем океане зелени. Солнце стояло в зените.

— Если долго смотреть, кажется, что мы не лежим, а висим, — сказала она, не отрывая взгляда от бесконечной синевы. — И сейчас мы упадем прямо вверх.

Он пытался поймать ртом травинку, которую ветер гонял туда-сюда, и потому промолчал. Но Аля знала — он слышит. С ним можно было говорить такие странные вещи. И воздух казался гуще, а краски — ярче.

Серый наконец поймал ту травинку, откусил, пожевал. Щурясь от солнца, произнес:

— А ещё мне кажется, что облака — это дыры. Понимаешь? Мы лежим на дне, смотрим вверх, а там, за синью, — другой мир. И облака — это просто места, где краска отошла. И туда можно проникнуть.

Аля медленно повернула голову. Уже смотрела не на небо — на него.

— А ты веришь, что там, за дырами, что-то есть? — спросила она шепотом, боясь спугнуть секунду.

Серый на секунду замер, чувствуя на себе её взгляд. Ему стало немного не по себе от той огромной синевы, что давила сверху, и от того, как сладко пахло её волосами.

— Есть, — уверенно сказал он. — Там тишина. И мы сейчас — часть этой тишины…