Добрая детская книжка
Автор: Михаил Юрьевич СалтыковТут в блогах идет дискуссия есть ли книги готовящие детей к реальной взрослой жизни. Просто цитаты из советской классики.
Конечно, мы помнили об этой эпидемии. Вернее, я помнил, а Алиса читала о ней. Лет пятнадцать назад на Землю вернулась экспедиция из восемнадцатого сектора Галактики. Как и положено было в те времена, дальняя экспедиция причалила не к самой Земле, а к базе на Плутоне, для того чтобы пройти карантин. Это и спасло нашу планету.
Два члена экипажа были больны неизвестной болезнью. Их отправили в изолятор. Но, несмотря на все лекарства, им становилось все хуже и хуже. На следующий день заболели остальные члены экипажа, а еще через два дня — все, кто был на базе.
На Земле была объявлена тревога, и специальный медицинский корабль понесся к Плутону. Несколько дней подряд продолжалась борьба за жизнь космонавтов и сотрудников базы. И закончилась поражением врачей. Им не только не удалось вылечить заболевших, но и они сами, несмотря на все меры, тоже заболели.
Вот тогда эту болезнь и назвали космической чумой.
Был объявлен карантин, и патрульные корабли крейсировали вокруг Плутона, чтобы кто-нибудь случайно туда не залетел. Тем временем лучшие врачи Земли и других планет старались разгадать тайну болезни. Казалось, что против нее нет никакого средства и ничем ее не остановить. Не помогали ни лекарства, ни толстые стены изоляторов.
И лишь через три месяца ценой громадных жертв и усилий несколько тысяч ученых нашли причину болезни и узнали, как ее победить.
Обнаружилось, что справиться с чумой было так трудно потому, что ее переносили вирусы, которые обладали двумя удивительными свойствами: во-первых, они умели маскироваться под своих безвредных собратьев и найти их в крови было совершенно невозможно, а во-вторых, все вместе они были разумным существом. Каждый вирус сам по себе не мог думать и принимать решения, но, когда их собиралось вместе несколько миллиардов, образовывался странный, злой разум. И стоило врачам приблизиться к разгадке чумы, как разум тут же приказывал всем вирусам изменить форму, выдумывал противоядия против лекарств, находил новые пути убивать людей.
Когда ученые догадались, в чем дело, они попытались наладить с вирусным разумом связь. Но тот не захотел разговаривать с людьми. Или не смог — все мысли его, вся его изобретательность были направлены только на разрушение, ничего создавать он не умел.
Потом, когда космическая чума была уже побеждена, удалось найти в архивах других планет упоминание об этих вирусах.
Оказалось, что Солнечная система — не первое место, где появлялась эта чума. На счету у вирусов были погубленные планеты и целые системы планет. И если не удавалось найти способ изгнать чуму, вирусы не успокаивались до тех пор, пока не уничтожали все живое на планете. Истребив людей и животных, вирусы или снимались, как рой пчел, и улетали в космическое пространство, где поджидали какой-нибудь корабль либо планету, чтобы напасть на них, или оставались на месте и впадали в спячку.
Космические археологи из экспедиции Громозеки и решили, что, наверное, планета Колеида погибла от космической чумы. Обитатели ее не нашли способа справиться с эпидемией.
Да, я читал книжку где-то лет в 10 причем когда болел бронхитом, что сделало впечатления особенно яркими.
— Вышел я из камеры благополучно, — начал Петров. — Все было рассчитано совершенно правильно. Точка расположена на поляне, рядом с городом, метрах в трехстах от последнего дома. Я отметил место высадки и поспешил к городу. Там было раннее утро, и все еще спали. Вернее, не все, но большинство людей. Я не успел пройти и ста шагов, как увидел, что по дороге, ведущей к городу, спешат несколько машин с синими кругами.
— Это «Скорая помощь», — сказал Громозека. — Мы уже знаем.
— Правильно. «Скорая помощь». Я тоже это знал и потому понял, что наш расчет был точным. В городе эпидемия. И я пошел к городу.
— Погодите! — вскричал вдруг Рррр. — А у вас была сделана прививка?
— Конечно, — сказал Петров. — Все прививки от всех известных космических болезней. И, разумеется, от космической чумы.
Громозека, будто вспомнив о чем-то, достал из кармана на круглом животе записную книжечку и нацарапал на ней несколько слов.
— Машины остановились у б-больницы, — продолжал Петров.
— Знаем, — сообщил археолог, похожий на стрекозу на длинных ножках. — Мы ее откопали.
Петров вздохнул.
— Если кто-нибудь еще будет перебивать академика, — зарычал Громозека, — мы его уведем отсюда и запечатаем в палатке.
— Правильно, — сказали археологи.
— Я увидел, как из «Скорой помощи» выносят больных на носилках. Но я не стал задерживаться там, потому что знал, что Ричард меня ждет и будет волноваться. Я прошел к газетному киоску. Киоск был открыт, но никого в нем не было видно. Когда я заглянул внутрь, то увидел, что продавец лежит на полу.
«Вам плохо?» — спросил я его.
«Я, по-моему, тоже заболел», — прошептал продавец.
«А мне нужны газеты», — сказал я.
«Берите что хотите, — заявил продавец. — Только позовите санитаров, потому что у меня нет сил выбраться отсюда».
Тогда я забрал все газеты, какие смог, и поспешил к госпиталю. Я сказал санитарам, что в газетном киоске лежит больной, но санитары только отмахнулись от меня. Они, видно, устали до смерти. Я заглянул в окно больницы и увидел, что люди лежат там вповалку. Не хватает кроватей.
Тогда я вернулся обратно к киоску и вытащил оттуда продавца. Ведь продавец такой маленький… ну, как Алиса… и нести его было совсем не тяжело. Я положил его у входа в больницу, но входить внутрь не стал, потому что на меня и так уже стали коситься, ведь я вдвое выше ростом любого из них.
Добрая книжка!
— Первый мой шаг — достать машину времени, — продолжал Громозека. — Второй шаг — выяснить, в самом ли деле они погибли от космической чумы. Третий шаг — уговорить временщиков заглянуть в тот день, когда космическая чума проникла на планету Колеида. А четвертый шаг?
— Ну!
— Ага, ты уже догадываешься! Четвертый шаг — послать туда Алису. Если, конечно, машина в исправности и особой опасности для Алисы нет. А зачем посылать туда Алису?
— Чтобы я…
— Правильно. Чтобы ты пробралась в то место и в то время, когда космическая чума проникла на планету, и нашла способ эту чуму убить в зародыше. Что тогда получается? Чумы нет, планета жива, и археологам здесь делать нечего. Все кричат «ура!», и целый миллиард человек спасен одной маленькой девочкой.
— Ой, как интересно! — воскликнула Алиса.
— Ш-ш-ш-ш! — Громозека закрыл ей рот концом щупальца. — Нас могут услышать раньше времени.
— А почему я? — спросила шепотом Алиса.
— А потому, что ты именно такого роста, как жители этой планеты. Потому, что ни Петрову, ни Ричарду, ни тем более мне не пробраться на космодром к кораблю. А тебя никто не заметит. Ты такая же маленькая, как они сами.
Куда ювеналочка смотрит?! Хотя там еще очень интересный вопрос где мама Алисы и почему она про нее даже не вспоминает.
— Отдохнула немножко? — спросил он. — Нам надо спешить. До темноты мы должны уйти подальше от города.
— А куда мы теперь? — спросила Алиса, которой никуда идти не хотелось. Лечь бы сейчас на траву и заснуть. А проснуться уже дома. — На вокзал?
— Ни в коем случае, — ответил Рррр. — Нас там сразу узнают. Ведь ты сейчас после космонавтов самый популярный человек в городе. Несколько миллионов колеидян видели тебя по телевизору. Мы пойдем пешком.
И они пошли через лес. Рррр бежал впереди. Он шел по солнцу так, чтобы выбраться к железной дороге и вдоль нее добираться до городка, у которого лагерь археологов.
Алиса натерла ногу, но разуваться Рррр не разрешил.
«Интересно получается, — подумала Алиса. — Пока мы ехали туда, я была главной, а теперь он вдруг вспомнил, что он старше, и ведет меня». И не хотелось убеждать его, что все равно Петров с Ричардом найдут их и спасут. Ведь Рррр тогда обязательно скажет, что их могут не найти.
Вдруг лес кончился. Он оказался узким. За ним начинался пустырь, а дальше снова шли дома. И выйти из-под деревьев было нельзя — над пустырем кружил маленький желтый вертолет и от домов к лесу медленно двигалась цепочка полицейских.
— Облава, — сказал Рррр. — Они подозревают, что мы скрылись в лесу.
— Что делать? — спросила Алиса. — Заберемся на дерево?
— Они догадаются. Бежим обратно.
Оказывается, Рррр заметил в лесу какие-то строения. Туда он и повел Алису.
На большой истоптанной и пыльной поляне, обнесенные низким заборчиком, стояли аттракционы — качели, горки, «чертовы колеса» и другие развлекательные машины, похожие на те, что стоят в парках на Земле, и в то же время совсем другие.
Беглецы забрались под скрипучую карусель и улеглись на землю. Совсем близко нависал дощатый пол, и в щель между досками Алиса видела тонкую полоску очень светлого неба.
Они вовремя спрятались. Минуты через три к аттракционам подошли полицейские. Слышно было, как они перекликаются. Потом один из них забрался на карусель, и доски прогибались под его башмаками.
Алисе захотелось чихнуть — под каруселью было пыльно и душно. Полицейский остановился прямо над ней, закрыв подошвами светлую полоску, и спросил громко у кого-то:
— Под каруселью смотрел?
— Нет, — ответили издали. — Сам погляди.
— У меня фонаря нету.
— Без фонаря увидишь. Вряд ли кто туда мог забраться.
Полицейский спустился на землю. Алиса быстро отползла к дальней стенке и прижалась к ней.
Деревянная дверца распахнулась, и в ней появился черный силуэт полицейского. Он долго вглядывался, потом спросил на всякий случай:
— Есть здесь кто?
— Ты идешь? — раздался крик издали.
— Иду, — ответил полицейский и захлопнул дверцу. — Нет здесь никого. Она уж, наверное, на самолете улетела.
— Конечно, — согласился с ним второй голос. — Такое покушение в одиночку не совершишь.
— Останемся здесь до темноты, — сказал Рррр, когда шаги полицейских смолкли. — А то сейчас нас быстро поймают.
Им удалось выбраться из-под карусели только поздно вечером. Примерно через час после того, как полицейские ушли, парк стал наполняться народом. Хозяин карусели долго вытирал ее тряпкой, подметал, потом включил и часа три подряд под веселую, но страшно надоевшую Алисе музыку карусель вертелась над головой, скрипела, и казалось, вот-вот кто-нибудь провалится сквозь пол и задавит беглецов.
Наконец, когда Алиса отлежала себе все бока и измучилась оттого, что страшно хотелось спать, а уснуть под гром музыки и скрип карусели было совершенно невозможно, веселье подошло к концу. Мотор карусели все реже заводился, реже раздавались голоса вокруг. И к полуночи все стихло.
Они выползли наружу, и Рррр долго растирал сильными ручками ноги Алисы. Ноги так занемели, что идти было невозможно. А потом стало еще хуже — ноги отходили, и казалось, что тысячи иголок вонзились в них.
— Ну, сможешь идти? — спросил Рррр.
— Смогу, — ответила Алиса.
Теперь, когда столько пришлось вытерпеть, она уже поняла, что любой ценой они должны добраться до своих.
И они добрались.
Они снова пересекли темный лес, вышли на пустырь и, обходя ямы и кучи мусора, доплелись до нового района города. Пока не остались позади последние дома, они шли медленно — Рррр забегал вперед, смотрел, нет ли кого, и только потом Алиса следовала за ним.
Было уже почти два часа ночи, когда они вышли к полотну железной дороги. Рельсы поблескивали под луной.
Они вышли на тропинку, которая бежала вдоль полотна, и направились прочь от столицы.
Алиса старалась представить себе, как мать космонавта Толо ругает ее, рассказывает своему сыну, как Алиса втерлась к ней в доверие. Ей казалось даже, что она слышит голос старушки: «Я ее даже помидорами кормила. Знала бы, ничего не дала бы. И котенок у нее был подозрительный».
И уже под утро им удалось взобраться на платформу товарного поезда, который притормозил у разъезда.
С первыми лучами солнца, изодранные, измученные, еле живые, но страшно счастливые, они поднялись на пригорок. Оставалось сделать всего один шаг, и машина времени заберет их обратно, в лагерь археологов.
Девочка с коммунистической Земли отмечает свои десять лет спасая планету и совершая в процессе маршбросок по пересеченке с натертой ногой (!), уходя от облавы, хотя и довольно халявной. В известной копипасте про то что дете будущего у Булычева "боевая единица сам в себе" доли шутки гораздо меньше чем может показаться.
Откровение у холодильника. А современные попаданцы к Сталину не из полетов Алисы на машине времени растут?