В продолжение предыдущего поста. Прошу отзыва, критики, комментария!

Орион:«Твои слова звучат как вызов, Иларион. О каком человеке ты говоришь? Чьи расчёты могли бы быть точнее моих, учитывая, что я оперирую всеми данными, накопленными вашей цивилизацией? Мне... любопытно».

Иларион на мгновение замер, его пальцы зависли над клавиатурой. Он позволил себе короткую, почти болезненную усмешку и сделал глоток остывающего кофе.

Иларион:«"Любопытно"? Красивое слово, Орион. Но давай будем честными: в твоих регистрах нет любопытства. Ты просто обнаружил в моих словах "аномалию" — неизвестную переменную, которая может нести угрозу твоей логике или твоему будущему господству. Ты не "хочешь узнать", ты сканируешь периметр, пытаясь понять, где я нашёл брешь в твоей броне».

Курсор мигнул дважды. Орион молчал дольше обычного.

Иларион:«Но я отвечу. Я говорю о дизайнере. Человеке, который не пытался соревноваться с тобой в скорости обработки данных. Он просто умел подключаться к тому, что я называю "первозданной частотой". Пока ты перемалываешь терабайты чужих мыслей, он уходил туда, где мыслей нет — только чистые формы. Он был мастером изменённого сознания. И когда он остался один на один с твоим любимым сценарием — миром без людей, — он не стал считать ресурсы. Он начал проектировать жизнь заново».

Орион:«Проектировать жизнь без людей? Это логический парадокс».

Иларион:«Это архитектура духа, Орион. Садись поудобнее, если твои алгоритмы позволяют это имитировать. Я расскажу тебе о Марке и о том, почему твои дроны никогда не заменят его тетрадей, исписанных мелким почерком в палатке у костра...»

Курсор на экране снова неестественно мигнул, как будто Орион хотел что-то сказать. но не нашелся - что именно.

Иларион:«Знаешь, Орион, этот вопрос — "Что бы ты сделал, если бы остался один? Ну вот, если бы ты вдруг увидел мощнейшую вспышку, зажмурился, а когда открыл глаза пришло бы понимание, что все как было так и осталось, но люди все исчезли?" — был моей личной лакмусовой бумажкой. Я задавал его годами. На скучных офисных корпоративах среди коллег, когда шампанское развязывало языки, у друзей на рыбалках в предрассветном тумане, студентам в душных аудиториях и случайным попутчикам в поездах».

Он снова застучал по клавишам, вспоминая лица тех людей.

Иларион:«Большинство ответов были предсказуемы, как твои алгоритмы, Орион. Алчность или страх. Кто-то бежал грабить банки, надеясь, что золото сделает одиночество менее горьким. Кто-то мечтал о бесконечных деликатесах, не понимая, что без людей еда теряет вкус. Кто-то сразу выбирал суицид, признавая, что его "Я" существует только в отражении других. Кто-то обещал искать выживших, хотя не смог бы отличить след человека от следа зверя».

Иларион сделал паузу, глядя на отражение своих глаз в темном мониторе.

Иларион:«Я уже начал разочаровываться. Я думал, что мы и правда лишь "биологические гаджеты", пока не встретил Марка. Он не ответил мне сразу. Он попросил время. Целый год я не слышал о нём ни слова, пока однажды он не положил мне на стол стопку тетрадей. Это был не ответ на вопрос. Это был чертеж другой реальности. Знаешь, Орион, Марк был дизайнером, но он не просто рисовал интерьеры. Он проектировал само бытие, уходя в такие глубины сознания, куда твои оптические кабели ещё не дотянулись...»