Ничего особенного, или Самые сложные 1300 слов в моей жизни

Когда полгода живёшь рядом с героями, и уже мысленно прописала им счастливый финал, со всем примирилась, всех спасла — а потом приходится возвращаться в самое начало и писать сцену, к которой рука не хотела притрагиваться вообще.

Да, я знаю: объективно это вовсе не жесть, есть книги гораздо тяжелее. Да, это даже не прямое повествование: всего лишь сон/видение ГГ о событиях 65-летней давности. И всё равно для меня — одно из самых жёстких мест в романе.

Раз уж я это пережила, покажу и вам. Пока морально восстанавливаюсь — вот вам пара отрывков:

В палатке

Полог палатки дёргается от ветра. Тусклый свет у входа.

Парень медленно опускается на корточки. Трогает вещи. Проверяет карманы, ремни, застёжки. 

Оборачивается к выходу.

— Идите сюда оба.

Внутрь лезут двое, отряхиваясь от снега.

— Ну?

— Баранки гну! — он зол не на шутку, — Кто-то рылся в вещах.

Ветер ударяет в брезент. Палатка вздрагивает вся целиком.

— Зачем?

— Вот и я хотел бы знать.

Один опускается на колено, подтягивает к себе рюкзак. Проверяет застёжку. Щёлкает пряжкой.

— Что пропало?

Свет фонаря скользит по раскрытым мешкам. По кружке. По валенку у стенки.

— Да вот в том и дело… ничего.

Тишина.

— Тогда на кой чёрт...

Горный перевал

Горный перевал. Метель усилилась.

Цепочка ползёт вверх. Чёрные фигуры на белом. 

Замыкающий тормозит. Оглядывается назад.

Внизу, далеко под седловиной, проступают тёмные силуэты. Они двигаются ровно. Быстро.

Парень срывается с места. 

Обходит одного человека, второго, третьего. Снег летит из-под лыж.

Догоняет Игоря, подъезжает почти вплотную.

Что-то быстро говорит. 

Цепочка ускоряется.

Рюкзак падает в снег. Потом второй.

Кто-то показывает на свёрнутую палатку поверх груза.

— Две ночи хода. Дотянем.

Ветер уносит слова. Короткий спор. Обрывки фраз.

Снова движение. 

Быстрее.

Лыжи режут снег. Люди цепляются палками, тащат себя вверх через ветер.

Фигуры сзади не отстают.

Они идут налегке, без рюкзаков за спиной.

Только автоматы.

Да, дальше ещё будет всякое: встреча лицом к лицу с негодяями, тяжёлые решения, двое суток в пурге, обморожения кожи, и даже лавина — но это будет совсем по-другому. С такими вещами мои герои умеют справляться легко и непринуждённо.

А вот это... Это было гадко писать.

Особенно когда знаешь персонажей слишком хорошо.

И пусть я знаю — это не итоговая версия событий в моём ЛОРе, я всё исправлю и перепишу — всё равно тяжело.

Конец

Во дворе бело от снега.

Свежее кострище. Обгоревшие поленья торчат из снега.

Я хочу отвернуться.

Не получается.

Снег в саже. И они рядом. Разложены как...

Нет.

Не разложены.

Хуже.

Пытаюсь закрыть глаза.

Ничего не меняется.

Я не хочу смотреть.

Не хочу понимать.

Девушка почти висит у них на руках. 

— Сюда.

Возле стены темнеет что-то деревянное. 

Её укладывают. Поправляют руки.

Почему я всё ещё смотрю?

Кто мне это показывает?

КАК УЙТИ ОТСЮДА?

Писала на успокоительных. Спасибо современной фармакологии.

С героями всё будет хорошо. А вот моральный урон автора, кажется, останется навсегда 🫠

Ну а дальше по плану максимально комфортное — жуткий лесной дух. Слава богу, с ним хотя бы можно нормально поговорить)

Потому что эта история умеет менять направление максимально неожиданно

Интересно, а есть тут ещё такие как я, которым проще удалить, чем написать? Или вы умеете хорошо абстрагироваться, и потом спокойно идти пить чай?