Сова в кабинете Верховного. Интервью с Сет Мором

Сидела скучала и решила стартануть куда глаза глядят. Может в Азилум?  Сотворила портал влетела и оказалась на кожаном диване в чьем-то кабинете.

Я скинулась в человеческое обличье в розовом деловом костюме и огляделась.

Кабинет был большим, мрачным, с высокими потолками и без окон. 

Стена напротив - сплошной шкаф.  На столе пустая бутылка, папки, драгоценные камни и какой-то странный амулет, мерцающий кроваво-алым.

В кресле за столом сидел мужчина. Высокий, худой с резкими чертами лица. Черные длинные  волосы заправлены за одно ухо. На нем был дорогой синий костюм, белая рубашка без галстука. В мочке левого уха болталась сережка с красным камнем. Мне б такую. В руке стакан, явно не с лимонадом. Глаза холодные, отчего у меня по спине пробежали мурашки. Он смотрел на меня без удивления. Будто каждый день к нему в кабинет вваливаются совы.

— Сет Мор, Верховный, — представился он с усмешкой, не вставая. — Ты кто?

— Я Сова, — сказала я, усаживаясь удобнее.

— Сова, значит, — он сделал глоток, не сводя с меня глаз. — У нас тут Совы не разговаривают. Ты не местная. И не человек.

— Я из другого мира. Беру интервью.

Сет Мор поставил стакан на подлокотник и зло усмехнулся.

— Интервью? —  хмыкнул он. — Ну давай. Спрашивай. Только учти, что я не люблю врать. И не хочу.

— Твое звание — Верховный. Это ты здесь главный маг?

— Я здесь главный, — с насмешливым намеком поправил он. — Закон и порядок. Повелеваю, решаю, караю... играю. Изображаю власть, на самом деле являясь лишь марионеткой в руках Совета. 

— Марионеткой?

— Тебя это удивляет? 

— Я думала, ты правитель этого мира?

— Правитель. На бумаге и при назначении виновного, — он взял стакан снова, но пить не стал, просто повертел в руках. — Я лишь часть системы. Ее инструмент, пусть и не самый надежный и даже обладающий некоторой волей. 

— Ты не пытался уйти?

— Пытался? — он усмехнулся. — Я ухожу. Через донышко стакана. Через драки. Через поступки. 

— Поэтому ты пьешь?

— Поэтому и пью, — он кивнул. — И чтобы забыться. И чтобы не забыть, кто я на самом деле. Чтобы не свихнуться.

— Я слышала, ты ловишь мятежников. Кто они? И за что борются?

— Неравенство. — Пожал он плечом. — У нас есть... касты: рожденные, пробужденные, лишенные. Многих не устраивает не столько разделение, сколько привилегии тех или иных. Мятежники хотят перекроить систему. Моя работа — не дать им этого сделать. А точнее, сделать переход к новой реальности наименее безболезненным для всех.

— Ты на стороне системы?

— Я на своей стороне, — он сказал это твердо. — К сожалению, она там же, где система. Я прекрасно знаю, что будет, если идущие против переступят черту. Трупы, горы трупов. Я видел достаточно трупов и спокойно к ним отношусь, но не хочу, чтобы мой мир завалило ими.

— Тебе не противно защищать прогнившую систему?

— Противно, — он поставил стакан на стол. — Но выбора нет. Даже прогнившая система имеет зубы длиннее, чем у тысяч мятежников. Если я сдамся, на мое место придет другой. Я хотя бы знаю, что творю зло, понимаю и не прикрываюсь благими намерениями.

— Твоя репутация говорит, что ты тот ещё дебошир. Напиваешься, дерешься… Это правда?

— Правда, — он не стал отнекиваться. — Иногда я напиваюсь в стельку и устраиваю скандалы. Иногда просто сижу в этом кресле и смотрю в потолок. Это не прихоть. Это… способ выжить.

— Что тебя толкает к этому?

— Одиночество, — он сказал это так спокойно, будто речь шла о погоде. — И усталость. И еще… память, я несу слишком много смертей. На своих плечах. В своей памяти. В своём списке.

— Ты кого-то убил?

— Я — Верховный, Сова, — он посмотрел на меня холодно. — Моя работа убивать. Тех, кто перешел черту. Тех, кто не остановился. Тех, кого нельзя было спасти. Я не испытываю радости от этого, но я это делаю.

— И как ты спишь по ночам?

— Пью виски, — он усмехнулся. 

— У тебя есть друг. Марк. Он не маг, полицейский. Что он для тебя?

Сет Мор напрягся. Я заметила, как сжались его пальцы на подлокотнике.

— Марк это… маяк, — сказал он наконец. — Человек, который видит меня без масок и не отворачивается. Мы обречены были встретиться. Мы оба одиноки.

— Одиноки?

— Он не маг в мире магов, человек среди тварей. Я — Верховный, а потому лишний среди всех. Мы похожи своей сутью. Поэтому я доверяю ему.

— Ты боишься его потерять?

Он задумался, на некоторое время вперив взгляд в пустоту. Пальцы выбили дробь по столешнице, наконец маг ответил:

— Да. Потому что в моем мире все заканчивается плохо. Друзья предают. Любимые уходят. Остаётся только система и стакан виски.

— Марк не предал?

— Нет, — он усмехнулся. 

— Я слышала, у тебя есть любовная линия, но она «призрачная». Ты согласен?

— Любовь — это призрак, — он сказал это без тени пафоса, просто как факт. — Для меня особенно. Мое настоящее далеко от любви. Я! — не создан для любви. Мой удел — правила и желания рода.

— Но ты пробовал любить по-настоящему?

— Пробовал? — он взял стакан, сделал глоток. — Я люблю. Как умею и как позволено, прикрываясь благочестием и ценностями. 

— Ты носишь маски. Это правда?

— Я ношу много масок, — он кивнул. — Для подчиненных я жестокий начальник. Для врагов — безжалостный палач. Для системы — послушная марионетка.

— А какой ты настоящий?

— Тот, что под виски, — он усмехнулся. — Уставший мужик, который хочет покоя. Но покоя не будет. Никогда.

— Ты не врешь себе?

— Я знаю свою суть, — сказал он тихо. — Я — убийца, каратель. Я часть прогнившей системы. Я не виню никого в том, что произошло. Я сам сделал выбор. Сам надел маски. И сам буду за них расплачиваться.

— Что движет тобой? Зачем ты все это делаешь?

— Есть люди, которых я могу защитить, — он посмотрел в стену, словно в окно. — Подчинённые. Жители моего города, моего лота, моего мира. Марк, Мари. Может быть, когда-нибудь — кто-то ещё. Я закрыл «Жалящих» — опасные отряды. Обезопасил участников как мог. Я пытаюсь делать мир лучше… как умею.

— Даже если система против?

— Даже если весь мир против, — он кивнул. — Потому что больше некому.

— Что ты думаешь о будущем? О второй книге?

— Будущее туман, — он усмехнулся. — Злодеи расшатывают мир. Вулканы проснулись. Политиканы всех мастей плетут интриги. 

— Ты боишься?

— Я не боюсь смерти, — он покачал головой. — Я боюсь, что не успею. Не успею защитить. Не успею простить. Не успею… обрести гавань спокойствия.

— Ты веришь в гавань?

— Верю? А как жить без веры, Сова? — он сказал это так тихо, что я едва расслышала. — Я верю, что когда-нибудь достигну цели и выйду из этой гонки. Найду место, где не нужно носить маски. Где я буду просто… Сет.

— И что ты там будешь делать?

— Пить чай, — он усмехнулся. — Смотреть на закат. Молчать с Мари. И не бояться, что завтра кто-то умрет по моей вине.

Он замолчал. Взял бутылку, налил себе еще.

— Уходи, Сова. Интервью окончено.

— Последний вопрос.

— Один.

— Если бы ты мог что-то сказать тем, кто боится своей темной стороны — что бы ты сказал?

Сет Мор поставил стакан. Посмотрел на меня долгим взглядом.

— Не бойтесь своей тьмы, — сказал он. — Бойтесь того, что вы перестанете ее контролировать. Учитесь балансировать. Пейте виски, если помогает. Находите друзей, которые вытащат вас из пропасти. И никогда не врите себе. Потому что когда вы начнете врать — вы проиграли.

Он отвернулся к окну.

Я поняла, что больше он ничего не скажет. Скинулась в сову, хлопнула крыльями. Портал уже ждал меня.

Я нырнула в него, сжимая в клюве воспоминание о Верховном, который каждое утро выбирает быть. Несмотря на систему, на одиночество, на пустые бутылки и маски.

Сет Мор. Палач. Защитник. Алкоголик. Одиночка. Тот, кто закрывает опасные отряды, пытаясь сделать мир лучше. Тот, кто ждет гавань спокойствия, но боится до нее доплыть.

Я спрятала этот образ под крыло.

А подробнее узнать о Сете можно в романе "Сет Мор: проклятье Даргвитара"  от автора Жданович Екатерина (ЙаКотейко)

Приятного чтения!