Полный абзац... отношений

Когда один знает правду – а другой верит тому, что показали, случаются не просто недопонимания, но настоящие конфликты. Часто мы принимаем только первое впечатление, а все остальное начинает казаться мишурой, ложью, попытками "все переиграть". Особенно больно, когда это происходит между близких, потому что когда вокруг и так сплошная ложь и своя игра, им надо бы держаться вместе и быть заодно. Но подозрения уже посеяны и прорастают пышным цветом. 

И вот – вы по разные стороны одной войны.

Обоим главным героям дорамы "Снег и Шелк" кто-то старательно выбивает твердую землю из-под ног.

Генерал поссорился с лучшим другом

– Где ты был вчера днем, перед тем, как Ланьлань пошла за чаем?

Шуан Фан слегка нахмурился. Только едва заметно напряглись плечи и тут же расслабились. В руках он вертел нефритовую фигурку веселого монаха.

– Говори! – повысил голос Чжоу Мин, и молодой сотник негромко, будто нехотя, бросил:

– У себя.

– Кто-нибудь может это подтвердить?

– Я был один. Читал про гибель клана Цзинь, – он помолчал. – Чжоу Мин, скажи прямо, ты подозреваешь меня?

Генерал не ответил сразу. Он перевел взгляд на стол, где между ними лежали кисти, тушь и холщовый мешочек с остатками яда, обнаруженный старшим советником в вещах Шуан Фана. Генерал хотел сперва услышать правду от друга, а потом показать ему улику, если он соврет. Но как же понять, лжет он или нет?

– Я подозреваю всех, – произнес он тихо. – Кроме Чэн Бина. Слуги видели его с Ланьлань у пруда, потом пришел к нам. Доктор Си был на виду у нас и еще двух десятков солдат. Ты был один.

– И этого достаточно, чтобы считать меня убийцей? – вскинулся Шуан Фан. Его скуластое лицо, всегда румяное и загорелое, побледнело, он сжал зубы так, что выступили желваки. 

А Шэн Тао – с братом

– Это не так, – мягко возразил молодой писарь и взял ее за плечо одной рукой. – Я не могу сейчас противостоять им в открытую. Во-первых, это безумие, потому что их много, а я один. Во-вторых, от того, как я себя веду сейчас, зависит жизнь моих друзей. 

Шэн Тао резко отступила и вырвалась. Цзинь Сан был высоким, она смотрела на него снизу вверх, невольно сжав кулаки, и если раньше их это забавляло, то сейчас было совершенно не смешно.

Он ходил свободным, в то время как был врагом на чужой земле, и мог делать все, что угодно. Он носил одежду северного княжества и нефритовый знак северной академии. Он записывал за послами и наместником и ни разу не отказался писать всю эту чушь. Он на равных говорил с этим обладателем шрама на брови, причем так, будто они были старыми добрыми знакомыми.

– Ты ничего не сделал, чтобы их спасти, только выполняешь приказы, вместо того, чтобы думать своей головой, – прошипела Шэн Тао и на всякий случай опасливо оглянулась, но луна светила ярко, цикады вопили явно громче нее, и в саду они были одни. – Что, если действовать скрытно? Но ты и этого не захотел, испугался. Вместо того, чтобы с ними бороться, ты преспокойно разговариваешь с тем капитаном... Он убил нашего отца, он сжег наш дом! Как ты можешь теперь пить с ним чай? Они унижали тебя, издевались, а ты им служишь, как будто ничего не было! Как будто все пять лет тебя принимали там, как гостя! Что у тебя с рукой? – Шэн Тао схватилась за кожаный наруч. – Я не верю, что ты упал с лошади, ты слишком хорошо держишься в седле!

Цзинь Сан медленно вздохнул, будто собираясь с мыслями. В серебряном свете его лицо побледнело, но он сохранил самообладание и, скрестив руки на груди, отвел взгляд в сторону, не в силах смотреть в сверкающие глаза Шэн Тао и вспоминать все то, что пять лет назад произошло с ними обоими. Но она почему-то не понимала... Что такого ей наговорили?

– Хорошо, – произнес он сухо и холодно, и в его голосе, всегда нежном и ласковом с сестрой, вдруг зазвенела ледяная сталь. – Если хочешь знать, пожалуйста. Капитан сломал мне руку в первый же день. И не только руку. Я две луны заново учился ходить. В их темнице я чуть не умер, и спас меня доктор Си, которого вы считаете заговорщиком. А теперь, когда появился шанс сделать хоть что-то, князь всех нас сделал заложниками. Мы думали, что успешно играем против него, но он... в последний момент он обошел нас. Здесь на каждом шагу его люди, если они увидят, как я делаю что-то не так, то сразу же донесут ему. Мои друзья погибнут. Я не могу этого допустить. Тао Мэй, пойми, ты единственная, кому я могу доверять...

Он сделал шаг к ней, но она вздрогнула, словно от удара, и взглянула на него так, что у него вдоль спины острыми когтями проскользнул холодок.

– А я не верю тебе больше, – тихо уронила она и, развернувшись, пошла прочь – только полы ханьфу взметнули опавшие лепестки сливы.

А что произошло, можно узнать ЗДЕСЬ