Про писательский блок весело

Пишет мне сегодня один автор. То есть как пишет? Включает в рассылку ЛС)) Если в тексте письма нет обращения по имени, сразу ясно – рассылка. Но и на том спасибо. Включил же! Так мол и так, дай по дружбе обратную связь на текст, а то вроде не заходит.

Я, как положено, сел за изучение рукописи. С карандашиком выписываю, правки вношу, потом оформляю в большой такой критически-оптимистический лист, перечитываю и… всё удаляю.

В этот момент остро вспомнил собственное прошлое. 16 лет назад. Я – небитый, окрыленный музами, надеждами и мечтами розовощекий писатель, заканчиваю свой четвертый роман (каждый на 20-25 АЛ, чтобы вы понимали). Отправляю рукопись во все известные издательства и жду. Жду. Жду. Жду…

Самиздат в те времена был с зубами клыками, чтобы там выжить нужны были реально стальные яйца, а у меня обычные, вот и не совался. Жду. Жду. Жду. 

К тому времени жизнь меня научила: на фиг ты никому не сдался. Не жди – действуй! Помню, раздобыл телефоны всех известных издательств и начал названивать редакторам раз в неделю. Притом действовал роуминг (звонил из Сибири в Москву), дорого, блин! Но я звонил и верил. Вскоре меня начали узнавать. Однако, это ни на что не повлияло. Отвечали редакторы одно и тоже: либо «рукопись на рассмотрении», либо «рукопись отклонена». 

Впрочем, хоть что-то. Лучше молчания в почте!

Любил поболтать только Прокопович и насколько я могу судить, это не изменилось. Минаков из «Эксмо» просил озвучивать отказ либо кого-то другого, либо делал это исключительно письменно. Как мне потом рассказала секретарь, делал это потому, что после отказа один из его авторов наложил на себя руки. Бр-р-р…

Ещё один из редакторов издательства «Крылов» был открыт к беседам, давал советы, которые сводились к: «полная лажа, напиши, что-нибудь еще», но с юморком так, с мотивацией, эх!

А потом у меня случился разговор с редактором… Представляете, не могу вспомнить, из какого издательства! Азбука, или какое-то ответвление АСТ. Не помню. Наверное, это что-то на уровне психики. Потому что говорили мы с ним обстоятельно и долго, он был вежлив, корректен, сдержан. После беседы я поблагодарил, потом повесил трубку… и за последующие 15 лет не написал ни строчки художественного текста. 

Нет, он не обидел меня и даже не назвал рукописи г***м, он сделал хуже. Дал понять, что мне это не дано. 

Потребовалось 15 лет, чтобы я осознал – чушь полнейшая! Нет в писательстве понятия «не дано», есть понятие «сырой текст» и исправить его – дело наживное, дело начитанности, дело знакомств, дело поиска редактора, дело рекламы. А понятия «не дано» нет! Эта простая истина стоила мне 15 лет жизни без того, что я на самом деле люблю. Без того, что получается, пусть не лучше, чем у вашего любимого писателя, но получается оригинально, по-особенному, иначе. С огоньком и красной нитью идеи между строк. 

Поэтому я ответил на рассылку в ЛС: искренне желаю вам удачи. 

А себе напомнил лучший совет ещё одного редактора из прошлого в одном слове: «парься». 

Парься над каждой строчкой.

Парься над смыслом и глубиной.

Парься, как твои герои, переживи всё с ними.

Парься и плач, страдай, выживай и побеждай.

Тогда всё получится.

Кстати, если вдруг кому-то интересно, то крайний роман, который 15 лет назад так и не издали – это «Прачечная потусторонних услуг». Его финальная глава после многочисленных с тех пор правок выйдет уже в эту пятницу здесь. У него уже количество библиотек больше, чем малый тираж в издательстве  

А пока я пишу вечерний абзац новой рукописи (получается этакий "адреналиновый боевичок", релиз уже в июне), скажите с вами случался writer’s block? Как смогли преодолеть?