как Ахматова Натали Гончарову невзлюбила

Группа авторитетных экспертов Серебряного века в лице Анны Ахматовой и примкнувшей к ней Марины Цветаевой вынесла окончательный вердикт Наталье Николаевне Пушкиной (в девичестве Гончаровой). Вердикт звучал сурово, обжалованию не подлежал и формулировался примерно так: «Виновна по всем статьям, включая отсутствие морщин на лбу и чрезмерную любовь к танцам».
Если бы в начале XX века существовал профсоюз «Женщин Великих Поэтов», Наталья Николаевна не прошла бы туда даже по блату. Анна Андреевна Ахматова, лично инспектировавшая архивы XIX века с лупой и праведным гневом, авторитетно заявляла: Гончарова была «абсолютно ничтожная, пустая и никакая». И вообще - шпионила на охранку. Ну, или как минимум, не цитировала «Евгения Онегина» во время родов, что в кругах петербургской интеллигенции вероятно считалось преступлением средней тяжести.
Главная претензия Ахматовой к Натали поражала своей глубиной: та посмела быть… просто красивой женщиной. Родить четверых детей за шесть лет, просить у мужа денег на булавки и - о ужас! - блистать на балах, пока супруг мучился над рифмами. По логике Анны Андреевны, идеальная жена Пушкина должна была сидеть в нетопленой комнате, завернувшись в старую шаль, питаться исключительно святым духом и восторженно стенать над черновиками мужа. Вместо этого Натали выбирала шелка и посмела не поумнеть с годами. Смертный грех, не иначе.
Наверное, было забавно наблюдать, с какой страстью Анна Андреевна, сама крутившая романы шекспировского масштаба и обладавшая характером далеко не ангельским, судила  Натали по законам военного времени. В той дуэли через века Ахматова выступала одновременно прокурором, судьей и главным пострадавшим лицом. Есть ощущение, что Александр Сергеевич являлся личной собственностью Ахматовой, которую Гончарова коварно взяла покататься и вернула в испорченном виде.
Современные историки, конечно, пытались робко вставить свои пять копеек: мол, письма нашли, Натали мужа любила, семь лет траур носила, по пятницам не ела… Но кого интересовали те скучные факты, когда на кону стояли  чувства к Пушкину? Анна Андреевна уже всё решила. Гончарова осталась виновна в том, что не соответствовала стандартам Серебряного века. Не страдала, не заламывала руки, не писала писем кровью.
В общем, дорогой Наталье Николаевне объявили выговор с занесением в вечность. Надо было  чинить мужу перья, а не танцевать мазурку с императором. Анна Андреевна такого легкомыслия не прощала.

А вы как считаете?