Вигго таки перелинял)

Пока ОРВИ уверенно движется к нижним дыхательным путям, жизнь не останавливается на месте).

Вигго перелинял, вполне удачно на мой взгляд. Харизма на месте, а вот в объеме парень сильно потерял. C’est la vie.

Текст пишется медленно, но верно.

Заметив Вигго, Эмилия Соломоновна выпрямилась и рванула к нему.

— Вигго!

Она с разгону попыталась влететь прямо в Вигго. Он был гораздо выше Эмилии Соломоновны — она ему аккурат макушкой по пояс была. Чтобы не случился конфуз, Вигго успел присесть на корточки и поймать Эмилию Соломоновну в объятья. Голова полыхнула пламенем боли.

— Ну, ну, что вы… — шептал ничего не понимающий Вигго. — Не волнуйтесь, всё наладится… Перемелется — мука будет. 

— Ничего ты не понимаешь, Вигго!

Она кулачком для понятливости его по плечу стукнула, чуть не заваливая на пол — удар у гномки был тот еще. Коня на скаку бы остановил, точно.

Вигго подхватил Эмилию Соломоновну под мышки и, чуть покачиваясь, встал. Он посадил гномку на стойку перед собой и твердо сказал:

— Рассказывайте!

Она снова всхлипнула и окончательно разрыдалась, утыкаясь ему в правое плечо и капая слезами прямо в рану.

— Эмилия Соломоновна… — оторопел Вигго, не ожидая такого от всегда уверенной канцеляристки. Утешать плачущих гномок он не умел. Детей – да. Там погладишь по голове, подуешь на ранку, если нужно, скажешь смешную прибаутку и всё. Еще он умел утешать барышень — наговоришь комплиментов, поцелуешь в шутку, а потом не в шутку, и тоже… Всё. Плач затихал, переходя в возмущение. Иногда в пощечину, а иногда и в нечто другое. С Ядвигой как раз последнее было.

Он принялся деликатно гладить Эмилию Соломоновну по плечу и шептать:

— Тихо, тихо… Всё наладится…

Это снова сработало. Гномка возмущенно отстранилась, поправляя помявшийся бант на блузке и не замечая, как из-под задравшейся юбки торчит кружевная манжета чулка. Такого от всегда деловитой Эмилии Соломоновны Вигго совсем не ожидал. Он не удержался:

— Чулочки — отпад!

Она робко улыбнулась, одергивая юбку. 

— Тсс, это тайна!

Она зарделась, как человеческая девчонка. Из-за разницы в продолжительности жизни разных рас возникала путаница восприятия возраста. Хрупкая, нежная эльфийка могла запросто оказаться трехсотлетней каргой, а вечно строгая, с замашками соседской тетушки гномка, со вкусом выбиравшая тебе подходящую в пару барышню, оказывалась чуть старше того же Релонлея. И за ней даже можно было приударить, если бы не катастрофическая разница в росте.

— Я могила! — совершенно  серьезно пообещал Вигго. — Так что случилось?

Эмилия Соломоновна вновь поскучнела, обещая новый водопад. Вигго спешно достал платок, пропахший потом, а потом под возмущенным взглядом гномки точно так же стремительно его спрятал в карман.

— Извините… 

Что от платка, что от самого Вигго, воняло знатно. Хотя от него все же сильнее. Надо бы принять душ и переодеться, прежде чем лечь отдыхать.

Эмилия Соломоновна, вернувшая себе невозмутимость, сообщила непонятное:

— Игнат Нилдинович подал в отставку. 

— Чё? — оторопел Вигго, допуская оплошность в речи.

— То! Баев….

Он понял, что дело швах. Эмилия Соломоновна открестилась от своего любимца следователя. Из Романа Федоровича он внезапно стал просто Баевым.

— Эмилия… Соломоновна… Можно чуть-чуть подробнее… Башка трещит… 

Игнат же обещал, что продолжит служить! Он обещал… И дело даже не в потерянных Вигго деньгах. Что могло случиться, что Игнат не выдержал? Голова отказывалась соображать.

Вигго взлохматил себе волосы, словно это могло помочь думать.

— Игнат Нилдинович не из тех, кто бросает дело на половине пути.

Эмилия Соломоновна резонно напомнила:

— Так дела нет. Его прекратили. Маньяк найден и это Зоя. 

— Я. Не. Верю, — твердо произнес Вигго. — Зоя Михайловна из тех, кто привык спасать. Спасатель не становится убийцей. Даже ради великой любви, уж простите, Зоя Михайловна никогда бы не пошла на такие преступления. Ни один мужик такого не стоит — она это знает.

Вот так-то так).

Пока не решила, когда начну выкладку. Скорее на следующей неделе, чтобы набрать больше глав.