Целовать или не целовать, такой вопрос

Когда я перестала быть его помощницей и решила подать собственный проект на грант, пришла к нему за советом и изложила идею, Игорь жёстко раскритиковал её.

– Я, конечно, знала, что не нравлюсь вам, но не настолько же! – дрожащим от обиды голосом выпалила в лицо сноба.

Хотелось плакать.

– Почему не нравитесь? – удивился Игорь и вдруг признался: – Очень нравитесь. С тех пор, как вы ушли, лаборатория кажется пустой и холодной. Могу я пригласить вас вечером покататься на лодке?

У меня со стуком упала челюсть. Как говорится, ничто не предвещало.

Мы покатались. Потом погуляли, и я много-много болтала, а он угощал меня мороженым и слушал. Когда после первого свидания я поделилась восторгами с Оксаной, та нахмурила тонкие чёрные брови.

– Это провал, Паш. Мужчины сами любят говорить, а женщина должна слушать и восхищаться. Если бы ты ему нравилась, он бы токовал как тетерев на току. Так что второго свидания не жди.

И я повесила нос: Оксане можно верить, она была популярной в универе девчонкой и в мужиках разбиралась. А я не то, чтобы монашествовала, но учёба отнимала столько сил, что на прочие радости жизни времени как-то не особо хватало.

Однако было и второе свидание, и третье, и десятое… На одиннадцатом мы поцеловались. Я, конечно, ждала, что меня сгребут в охапку, и, как в женских романах, властно раскроют губами губы, но… Мы танцевали медляк в безлюдном кафе, а потом Игорь наклонился, вопросительно заглянул в глаза и осторожно, очень-очень осторожно, коснулся моих губ. И только убедившись, что я не против, поцеловал. Очень нежно. Очень чувственно.

Тогда я поняла, что если так будет продолжаться, то первый секс случится с нами лет в пятьдесят. Моих, конечно. Игорь-то был меня постарше.