"Ворон": новая глава повести "Общак времени: империя будущего"
Автор: Скворцов Максим
СПОЙЛЕР:
За столиком сидели двое. Григорян выглядел как всегда, а его собеседник был значительно моложе, на вид чуть старше тридцати. Светлый летний костюм сидел безукоризненно, такие вещи в советских магазинах не продавались. Незнакомец что-то рассказывал, и по выражению его лица было видно, что рассказывает он с удовольствием.
Максим не расслышал начала разговора, уловив лишь последнюю фразу.
— ...в результате министр остался без картины, а посол без любовницы.
Молодой человек засмеялся. Григорян тоже усмехнулся. Смеялся он не вежливо, а по-настоящему. Это удивило Максима больше всего. За всё время знакомства он видел, как Оганнес Григорян сердится, спорит, принимает решения и даже шутит, однако смеющимся видел впервые.
— И чем закончилось? — спросил Григорян.
— Как обычно. Все сделали вид, что ничего не произошло.
— Значит, обошлось.
— Для кого как.
Собеседник взял бокал с минеральной водой. Говорил он легко, свободно и без той осторожности, которая обычно появлялась у людей рядом с Григоряном. Максиму вдруг пришло в голову, что этот человек совершенно не боится сидящего напротив вора. Он не уважал, не заискивал и не опасался, именно не боялся. Это выглядело необычно.
В этот момент Григорян заметил Максима.
— Иди сюда.
Максим подошёл к столику.
— Знакомься. Максим.
Собеседник протянул руку.
— Аркадий.
Рукопожатие оказалось крепким и коротким.
— Оганнес рассказывал о вашем предприятии.
Максим насторожился.
— О каком именно?
— О музыкальном.
Аркадий улыбнулся.
— Не беспокойтесь. Я не из ОБХСС.
— Тогда откуда знаете?
— Москва маленький город.
— Особенно для некоторых людей.
— Особенно для некоторых, — согласился Аркадий.
Разговор прервал официант, появились кофе и минеральная вода. Несколько минут говорили о совершенно посторонних вещах: об Олимпиаде, о гостиницах, о том, что в центре города стало невозможно припарковаться.
Максим слушал и всё сильнее ощущал странность происходящего. Аркадий говорил как человек, привыкший бывать среди дипломатов, профессоров и крупных начальников. Он свободно перескакивал с одной темы на другую, вспоминал каких-то иностранцев, рассказывал забавные случаи из поездок и, кажется, знал половину Москвы. Однако временами в разговоре появлялось что-то такое, что не укладывалось в образ образованного молодого человека.
— Я всегда говорил отцу, что музейщики — самые опасные люди в стране, — заметил он между делом.
— Почему? — спросил Максим.
— Потому что только им государство доверяет миллионы рублей и не требует прибыли.
Григорян посмотрел на него поверх стакана.
— Ты опять за своё.
Аркадий рассмеялся.
— Я просто восхищаюсь возможностями.
Это была странная реплика, настолько странная, что Максим запомнил её сразу. Через несколько минут Аркадий поднялся.
— Не буду больше отвлекать.
Он пожал руку сначала Григоряну, потом Максиму.
— Надеюсь, ещё увидимся.
