Вершина. Имаджинариум

Смотрим на картинку и пишем то, что придёт в голову.

Шаг, ещё один. Впереди уже маячит старая полуразвалившаяся деревянная конструкция, которая выглядела совсем иначе тогда, когда я видел её в последний раз. Это была небольшая смотровая площадка, которую отец построил собственными силами ещё в те времена, когда мне было лет семь.

Раньше мы очень часто бывали здесь, на краю обрыва. Я не знаю точно, как и когда отец нашёл это место, но, попав сюда впервые, понял, насколько огромен окружающий нас мир. Подъём занимал добрую половину дня, и если мы начинали его в полдень, то были на смотровой как раз к закату. Крутые скальные выступы окружали нас со всех сторон, а редкие деревья, растущие на них, были похожи на нахлобученные зелёные шапочки.

В этих самых шапочках часто прятались стаи птиц, и одним из моих любимых моментов был тот, когда, достигнув деревянного настила, я вскидывал руки вверх и кричал: «Ура!», распугивая их и заставляя взмыть в небо. Тогда сотни, если не тысячи маленьких белых пернатых фигур взлетали с веточек и устремлялись в небеса.

Отца же всегда интересовала гора напротив: огромная, отвесная, со скрывающейся в облаках вершиной. Каждый раз он говорил о том, как хотел бы побывать там, на самом верху, увидеть, что сокрыто за плотным слоем белоснежных, как вата, облаков. А я лишь заворожённо смотрел на величие этого каменного гиганта и едва ли мог представить себе, как мы забираемся туда. Но никаких «мы» и не было. Отец прекрасно понимал, что я слишком мал для подобного.

Однажды он всё же ушёл. Мама сказала, что он оставил записку, но я её так и не увидел. Даже сейчас, когда мне за пятьдесят, последние слова отца ушли вместе с ней, так и не доставшись мне. А мне осталась только давно развалившаяся смотровая площадка; возле неё я поставил символическое надгробие со сказанной им когда-то фразой, которую я аккуратно вырезал в камне: «Свобода — единственное, ради чего стоит жить».

Теперь я понимаю. Ты искал там истинной свободы. Я уже собрал вещи, отец. Завтра я тоже попробую взобраться на вершину гиганта. Может быть, ты там — ждёшь меня. Ждёшь, когда и я буду свободен.