Воскресный абзац

К воскресному флэшмобу Екатерины Овсянниковой. Написанное сегодня. Танька пытается спасти сэра Эвина от сурового наказания:

Безотчетно Танька кивнула. И вновь ужаснулась своей торопливости.

– Ну тогда всё просто, – облегченно проговорил препозит. – Десять лет государственных работ – и передать флотским. Думаю, место у весла на либурне найдется ему без труда.

Арунтий задумчиво посмотрел на него, а затем согласно кивнул. Сэр Эвин усмехнулся и брезгливо поморщился. А Танька испуганно ахнула. О том, что такое служба гребца на военном корабле, она имела довольно смутное представление, но и его хватило, чтобы прийти в ужас. Особенно потрясла ее несоразмерность наказания вине: нельзя же, в конце концов, обрекать человека на долгие годы изнурительного труда всего-навсего за несдержанность языка!

– Но, совершеннейший... – жалобно пролепетала Танька и, снова не найдя нужных слов, замолчала. Невольно она устремила взгляд на Арунтия: ну не может же ученый законник одобрить такую жестокую несправедливость! Однако тот сидел с равнодушным видом, сосредоточенно разглядывая свою ладонь.

И все-таки помощь пришла – не от Арунтия, а снова от отца Хризостома.

– Дозволь мне все-таки слово сказать, совершеннейший, – вдруг подал тот голос.

Вздохнув, препозит вымученно кивнул.

– Слушаю тебя, досточтимый викарий.

И тогда отец Хризостом заговорил.

–Тогда выслушай меня, – произнес он. – Да, оскорбление величия – преступление опасное, и наказание этому человеку ты, несомненно, определил заслуженное. Но разумно либудет, если знания искусного моряка, так нужные империи, сотрутся вместе с кожей его ладоней? Ведь сказано еще пророком Исаией: «Когда в виноградной кисти находится сок, тогда говорят:“не повреди её, ибо в ней благословение”». А разве не подобен этот человек такой грозди?