ХХХ - 1
Автор: Мария Серова"Учись у них - у дуба, у березы.
Кругом зима... зима.... "
А через три дня лето будет... Теплое, если верить рано зацветшей черемухе. Всего три дня... Нет, надо с начала начинать....
"Учись у них - у дуба, у березы...."
Березы за окном мерно и тихо поскрипывали своим старым, насквозь прогнившим нутром. А может, это скрипели качели на площадке перед зданием школы...
Так. Опять куда-то не туда. Ярик подпер рукой щеку и сам не заметил, как стал жевать кончик ручки. Впрочем, это занятие пресекло очень деликатное, но настойчивое покашливание. Ну и ладно. Не очень и хотелось. Не очень-то то и приятно жевать ручки из вторично переработанного пластика. Поверхность сама расползается под зубами на волокна - никакого удовольствия!
Ярик отложил ручку. Она покатилась по парте, и мальчишка наблюдал за ней, чуть прикрыв глаза. Но к его сожалению, ручка остановилась на самом краю, застряв в свежей жвачке. Мысленно обкостерив того лентяя, который не удосужился донести мусор до ближайшей помойки, Ярик снова углубился в дебри своего незапятнанного сознания, в надежде найти там признаки или хотя бы намек на усердное учение и зубрежку. Между прочим, на прошлой неделе он сидел над учебником целую минуту! Это были самая скучная минута в его жизни, и он ждал каких-то результатов от такого усердного труда. И билет-то простой: написать сочинение на выбор по одному из стихотворений и выполнить элементарный тест. Тест с грехом пополам рыжий решил, но сочинение никак не шло.
Федор Михалыч завозился за своим столом и с тоской посмотрел на часы. При этом он поднял очки, которыми защищал глаза от яркого солнца, и стало понятно, что жалюзи все же стоило приподнять. Теперь учитель напоминал огромного полосатого красного усатого шмеля. Очень печального и уставшего шмеля. Ярику его было очень жаль, потому он решил взять другое стихотворение из списка и попытаться снова.
"Белеет парус одинокий,
В тумане моря голубом...."
А дальше что? Ярик с тоской посмотрел туда, где на лазурном небе плыло огромное белое облако, похожее на фрегат.... Да... Что-то совсем не клеется с поэзией.... Совсем. Но лучше так посидеть, чем тащиться домой, в грязную и заваленную картонными коробками лачугу. А там можно спуститься вниз и помочь тете Ларисе с мытьем полов. Глядишь, и дадут что перекусить... А там уж про паруса подумать можно....
Ярик сидел в пустом классе, большая стрелка на механическом пережитке прошлого подходила к трем, а строчки тянулись и тянулись перед глазами, нагоняя тоску и мутотень.... Глаза слипались, рыжую голову клонило поближе к тетрадке, к стопке недоделанных и совсем нетронутых в течение учебного года предметов: всяких математик, языков.... В тени по классу что-то пробежало и показало мальчишке язык, а Федор Михалыч вдруг взманул руками и полетел в окно... Как буревестник... Ярик уснул, и даже не думал о том, что прямо сейчас он окончательно подписал себе приговор на второй учебный год, что через несколько лет ему все равно придется сидеть и учить эти несчастные дуб и березу, что гораздо позже звать его будут вовсе не Яриком. Но его жизнь от этого вовсе не станет хуже - наоборот, она приобретет смысл и станет чуть сложнее и, чего греха таить, интересней.
——
От автора: Это отрывок, относящийся к раннему детству одного из главных героев "Люди среди нас". Куда и к какой главе его можно бы было отнести или присоединить я пока не знаю, но пока решила мысль записать сюда. Если после экзаменов вспомню о нем, то расширю и вставлю в произведение. Если нет - то пусть останется здесь.